Где появился первый закон

Как появился закон?

Как и когда появился самый первый закон?

Можно смело утверждать, что первые законы появились в первобытном обществе. Негативное поведение людей в те времена вызывало недовольство у соплеменников. Человек стремился хоть на подсознательном уровне иметь одинаковые права со своими сородичами и не мириться с поступками тех, кто мешал своей деятельностью окружающим. Поэтому первобытные законы в виде различных запретов и ограничений появились в те времена, когда люди уже вступили в какие-то общественные отношения между собой.

В дальнейшем с формированием общины все обычаи, навыки и запреты передавались из поколения в поколение. Отсюда и вытекает само понятие «закон». Это свод правил и норм, который регулирует общественные отношения.

Как в мире появились законы?

Во 2 тысячелетии до нашей эры появилась первая писаная система законов. Царь Вавилона Хаммурали сформировал ее примерно в 1700 году до нашей эры. В своем «Кодексе законов» он определил права человека, право собственности. Конечно, на этом этапе законопроекты писали сами правители, устанавливая определенные нормы в соответствие со своими желаниями.

Великими творцами законом были римляне. В 529-534 годах римский император Юстиниан создал свод законов. В основе свода были все известные на то время и собранные в единое целое законопроекты (императорские конституции) и сочинения классиков юриспруденции. Законодательные акты Юстиниана помогли разработать единую правовую систему для всех свободных граждан Византии.

В 12 веке римское право начали изучать в Италии, и потом оно пошло по всей Европе. Отдельные положения из «Свода законов Юстиниана» были использованы намного позже императором Наполеоном в «Гражданском Кодексе Наполеона», который он издал в 1804 году. В этот Кодекс вошли все гражданские законопроекты того времени. Этот документ стал основой для законодательных кодексов Европы, Южной и Центральной Америки. А система общих законов, которая появилась в Англии, стала основой правовых актов Канады, Австралии, США и Новой Зеландии.

Позже законы брали из книг, в которых юристы излагали свои знания и из решений, принятых судами. А уже потом законопроекты оформили в отдельные книги или кодексы. Этим занимались короли или юристы. Во времена Средневековья сочинителями законов была церковь. За долгие столетия законы начали приближаться к простым людям и отражать их потребности.

Когда законы появились в России?

Почему необходимо соблюдать законы?
В каждом государстве есть свои законы. Плохое поведение людей вызывало негодование общества еще в древности. Но почему нужно соблюдать законы? А потому, что без них.

Как называется основной закон страны?
Основным законом нашей страны принято считать Конституцию РФ. Это уникальный нормативный акт, который наделен наивысшей юридической силой. В данном документе определены все.

Кто ввел сухой закон в СССР?
Первые попытки в борьбе с пьянством были еще при царе Николае Втором в 1913 году. После Великой Октябрьской революции большевики не поспешили возвратить алкоголь в магазины.

Кто по закону имеет право забирать ребенка из детского сада?
Следует отметить, что федеральное законодательство не определяет аспекты данного вопроса. Письмо Минобразования РФ от 30.03.1994 N 212/19-12 определяет, что ребенка, кроме.

zakon-region.ru

Русская правда Ярослава Мудрого

Закон не может быть законом, если за ним нет силь­ного.

Киевская Русь до крещения страны князем Владимиром была языческой страной. Как и в любой языческой стране, законы, по которым жило государство, брались из обычаев страны. Такие обычаи никем не записывались и передавались от поколения к поколению. После крещения Руси создались предпосылки для письменной записи законов государства. Долгое время таких законов никто не создавал, поскольку положение страны было крайне тяжелым. Князьям приходилось постоянно воевать с внешними и внутренними врагами.

При правлении князя Ярослава в стране наступил долгожданный мир и появился первый письменный свод законов, который носил название «правда Ярослава» или «Русская правда Ярослава Мудрого». В этом законодательном сборнике Ярослав постарался предельно четко структурировать те законы и обычаи, которые были в тот момент в Киевской Руси. Всего правда Ярослава состояла из 35 (тридцати пяти) глав, в которых выделялось гражданское и уголовное право.

Первый письменный свод законов

Первая глава несла в себе меры по борьбе с убийствами, которые были настоящей бедой того времени. В новом законе говорило, что любая смерть карается кровной враждой. Родственники убитого имеют права самостоятельно убить убийцу. Если же отомстить убийце не кому, то с него взимался штраф в пользу государства, который назывался вирой. Русская правда Ярослава Мудрого содержала полный список вир, которую убийца должен был передать в казну государства, в зависимости от рода и сословия убитого. Так, за смерть боярина необходимо было заплатить тиуну (двойную виру), которая равнялась 80 гривнам. За убийство воина, земледельца, торговца или придворного требовали виру, 40 гривен. Жизнь рабов (холопов), которые не имели никаких гражданских прав, оценивалась куда дешевле, в 6 гривен. Такими штрафами пытались сохранить жизни подданным Киевской Руси, которых было не так и много из-за войн. Следует отметить, что в те времена деньги для людей были большой редкостью и описанные виры были в состоянии заплатить единицы. Поэтому даже такой просто меры оказалось достаточно для того, чтобы прекратить волну убийств в стране.

Законы, который давала людям Русская правда Ярослава Мудрого были суровыми, но только так можно было навести в стране порядок. Что касается убийств, совершенных в соре или в состоянии опьянения, и убийца скрывался – со всех жителей деревни взималась вира. Если убийца был задержан, то половину виры платили жители деревни, а вторую половину сам убийца. Эта мера была крайне необходима для того, чтобы люди не допускали убийств в ходе ссоры, чтобы каждый проходящий мимо чувствовал на себе ответственность за действия других.

Особые условия закона

Русская правда Ярослава Мудрого определяла и возможность изменения статуса человека, т.е. как холоп мог стать свободным. Для этого ему требовалось уплатить своему хозяину сумму, равную не полученному последним доходу, то есть тому доходу, который барин могу получить от работы своего холопа.

В целом первый письменный свод законов регулировал практически все сферы жизни того времени. Так, в нем подробным образом описывалось: ответственность рабов за сохранность имущества своих господ; долговые обязательства; порядок и очередность наследования имущества и прочее. Судьей практически во всех делах был сам князь, а местом суда была княжеская площадь. Доказать невиновность было достаточно трудно, поскольку для этого применялся специальный обряд, в ходе которого обвиняемый брал в руку раскаленный кусок железа. После руку ему забинтовывали и через три дня прилюдно снимали бинты. Если ожогов не было – невиновность доказана.

Русская правда Ярослава Мудрого это первый письменный свод законов, который упорядочил жизнь Киевской Руси. После смерти Ярослава его потомки дополняли этот документ новыми статьями, тем самым образовав Правду Ярославичей. Сей документ регулировал отношения внутри государства довольно долго, вплоть до периода раздробленности Руси.

istoriarusi.ru

Где появился первый закон

Майку Доновану стало скучно. Он поглядел на пустую пивную кружку и решил, что наслушался пре-достаточно.
— Если уж разговор зашел о странных роботах, — сказал он громко, — так мне однажды довелось иметь дело с таким, который нарушил Первый Закон.
Это было настолько невероятно, что все сразу замол-чали и повернулись к Доновану.
Донован тут же пожалел, что распустил язык, и попробовал переменить тему:
— Вчера я слышал забавную историю о.
— Ты что, знал робота, который причинил вред человеку? — перебил сидевший рядом Макферлейн.
Само собой разумелось, что нарушение Первого Закона могло означать только это.
— В некотором роде, да, — ответил Донован. — Так вот, я слышал историю о.
— А ну-ка, — потребовал Макферлейн, а осталь-ные принялись стучать кружками по столу.
Донован понял, что отступать некуда.
— Это произошло на Титане лет десять назад, — начал он, лихорадочно соображая. — Ну да, в двадцать пятом. Мы только что получили трех роботов новой модели, созданной специально для Титана. Это были первые роботы серии МА. Мы назвали их Эмма Один, Два и Три. — Он щелкнул пальцами, требуя очередную кружку пива, и задумчиво поглядел вслед официанту. Ну, а дальше-то что?
— Полжизни занимаюсь роботехникой, Майк, но ни разу не слышал о серии МА, — заметил Макферлейн.
— А их сняли с производства сразу же после. после того, о чем я собираюсь вам рассказать. Неужели ты не помнишь?
— Нет.
И Донован поспешно продолжал:
— Мы их приставили к делу не теряя времени. В сезон бурь, который на Титане длится в течение вось-мидесяти процентов его обращения вокруг Сатурна, наша База полностью бездействовала. Во время снего-пада стоило отойти от Базы на сотню ярдов — и пиши пропало. В жизни не отыскать. От компаса мало толку — у Титана нет магнитного поля. Роботы МА были осна-щены вибродетекторами новой конструкции и шли пря-мо к Базе в любых условиях, так что добыча руды могла продолжаться хоть круглый год. Помолчи, Мак. Вибро-детекторы тоже перестали поступать в продажу, поэто-му-то ты о них ничего не слышал. — Донован кашля-нул. — Их засекретили, понял?
— В первый сезон бурь, — продолжал он, — ро-боты действовали безупречно, но вот с началом спокой-ного сезона Эмма Два принялась выкидывать номера: пряталась по углам, забивалась под штабеля ящиков, и выманить ее оттуда было не так-то просто. В конце концов ушла с Базы и не вернулась. Мы решили, что в ее конструкции был какой-то дефект, и продолжали обходиться двумя оставшимися. Но как-никак мы лиши-лись трети наших роботов, и поэтому, когда в конце спокойного сезона один из нас должен был отправиться в Корнск, я вызвался слетать туда без робота. Особой опасности не предвиделось: начало бурь ожидалось не раньше чем через двое суток, а я должен был обернуть-ся за двадцать часов. Я уже возвращался и был в каких-нибудь десяти милях от Базы, когда внезапно подул сильный ветер и пошел снег. Я тут же посадил машину, не дожидаясь, чтобы ветер разбил ее вдребез-ги; определив направление на Базу, я побежал. Преодо-леть оставшееся расстояние при малой силе тяжести на Титане было нетрудно, сложность заключалась в том, чтобы не сбиться с пути. Запас воздуха был у меня вполне достаточным, система обогрева скафандра рабо-тала нормально, но десять миль на Титане в бурю бесконечны.
Затем снег повалил так густо, что все вокруг потем-нело и превратилось в мутный сумрак, в котором по-мерк даже Сатурн, а солнце превратилось в бледную точку. Я остановился, и ветер чуть не сбил меня с ног. Прямо впереди я заметил какое-то небольшое темное пятно. Я различил его лишь с трудом, но я знал, что это такое. Буранник — единственное живое существо, спо-собное вынести снежные смерчи на Титане, и самый свирепый хищник на свете. Я знал, что мой скафандр от него не защита. Видимость была такой скверной, что стрелять можно было только в упор. Промахнись я — мне конец!
Я начал медленно пятиться, а темная тень двинулась ко мне. Расстояние между нами сокращалось. Шепча молитву, я уже поднял бластер, как вдруг из сумрака внезапно появилась еще одна тень, но побольше, и я завопил от радости. Это была Эмма Два, пропавший робот. Со времени ее исчезновения я постоянно раз-мышлял о том, что могло с ней случиться и почему.
— Эмма, девочка, прикончи буранника и проводи меня на Базу, — взмолился я.
Она только взглянула на меня, будто и не слышала моих слов, и крикнула:
— Не стреляйте, хозяин, только не стреляйте.
И кинулась к бураннику.
— Прикончи эту чертову тварь, Эмма! — рявкнул я.
А она схватила буранника и побе
жала дальше. Я продолжал звать ее, пока совсем не потерял голос, но она так и не вернулась, оставив меня погибать под снегом.
Выдержав эффектную паузу, Донован добавил:
— Все вы, разумеется, знаете Первый Закон: робот не может причинить вред человеку или своим бездей-ствием допустить, чтобы человеку был причинен вредТак вот, Эмма Два убежала с буранником и оставила меня умирать. Первый Закон был нарушен. К счастью, я остался цел и невредим. Через полчаса ветер стих. Это был случайный шквал, и длился он недолго. Такое там бывает. А настоящий буран разразился лишь на следующий день. Едва снег перестал валить, я со всех ног бросился к Базе. Через два часа туда явилась и Эмма Два. Разумеется, ее тайна тут же раскрылась, и роботов МА немедленно изъяли из продажи.
— Ну, и в чем же было дело? — спросил Макферлейн.
— Видишь ли, Мак, это, конечно, верно, что мне, человеку, грозила смертельная опасность, но этого ро-бота заботило нечто более важное, чем я или Первый Закон. Ведь это были роботы серии МА, и этот, прежде чем исчезнуть, все норовил спрятаться в укромное местечко. Он вел себя так, будто с ним должно было случиться что-то необычное, что-то не предназначенное для посторонних глаз. Так оно и вышло.
Донован благоговейно поднял глаза к потолку, и голос его дрогнул:
— Буранник-то оказался вовсе не буранником. Мы назвали его Эмма Младшая; Эмма Два привела ее с собой на Базу. Эмма Два испытывала необоримую по-требность защитить ее от моего выстрела. Что такое Первый Закон в сравнении со святыми узами материн-ской любви?

2001 Электронная библиотека Алексея Снежинского

www.lib.ru

Новый закон об образовании: развитие или имитация

Законопроект об образовании старательно обходит тему ответственности государства

Новый закон принесет пользу только в том случае, если создаст правовые механизмы ответственности государства за обеспечение конституционных прав граждан на образование.

Закончилось организованное по инициативе президента виртуальное общественное обсуждение проекта нового закона «Об образовании». Наверное, было бы сильным преувеличением сказать, что оно вызвало в обществе большой интерес. Впрочем иного и не стоило ожидать, особенно после того как стало очевидно, насколько слабо первое такое обсуждение (законопроекта о полиции) повлияло на результат. Ведь принятый закон о полиции отличается от проекта лишь по форме, а по сути почти не изменился.

Трудно оценить число участников обсуждения (на сайте zakonoproekt2011.ru оно не указано), но число поправок, поданных к закону об образовании, уступает числу поправок к закону о полиции вдвое. Думаю, есть и еще одна причина такой пассивности:

многие считают, что реальная ситуация в образовании несильно изменится от того, будет ли принят новый закон или нет. И, пожалуй, трудно с этим не согласиться: в последние годы власть давала слишком много примеров того, что отнюдь не законы оказывают главное влияние на реальную жизнь.

Наконец, понятна и разница между обсуждением в интернете и реальной дискуссией, возможной лишь при наличии независимых политически значимых национальных СМИ и политической конкуренции.

И все же хорошо, что появилась еще одна возможность привлечь внимание общества и власти к проблемам образования. Ведь за два последних десятилетия отношение к образованию менялось не в лучшую сторону.

Гладко было на бумаге…

Первый закон Российской Федерации об образовании, принятый в 1992 году, был документом прорывного характера. Его разрабатывали люди, понимавшие значимость образования для развития страны и стремившиеся, не теряя накопленной материальной и научно-методической базы советского образования, раскрепостить систему образования, дать ей академические свободы. И при этом обеспечить ответственность государства за финансирование сферы образования.

А еще раньше был указ № 1 первого президента России Б. Н. Ельцина о мерах по развитию образования, принятый «исходя из исключительной значимости образования для развития интеллектуального, культурного и экономического потенциала России, обеспечения приоритетности сферы образования». В нем помимо повышения зарплаты учителей не ниже уровня средней по промышленности, а студенческих стипендий не ниже минимальной зарплаты предусматривались такие меры, как «подчинение органов государственного управления образованием и наукой непосредственно президенту», направление «ежегодно за рубеж для обучения, стажировки, повышения квалификации не менее 10 тысяч учащихся, аспирантов, преподавателей и научно-педагогических работников»…

Увы, в последующие годы указ остался лишь на бумаге, а закон об образовании подвергся ревизии: из него последовательно исключались нормы, содержащие финансовые обязательства государства. В последние годы процесс выхолащивания закона усилился: для власти оказались более важными не интересы системного развития образования, а экономия бюджетных расходов. В результате работы органа, который был определен как «не место для дискуссий»,

с 2004 года изменения в закон об образовании вносились 50 (!) раз (для сравнения – в 1996–2003 гг. парламентом было внесено десять изменений).

Сегодня действующая редакция закона изобилует формулировками «пункт утратил силу» и не отвечает потребностям системы образования.

Поэтому цель нового закона, поставленная правительственной комиссией в 2009 году при утверждении концепции законопроекта – «установление системного и функционально более полного правового регулирования общественных отношений, возникающих в сфере образования», была вполне разумной. Вот только решает ли новый проект поставленные задачи?

Характерно, что если текст действующего закона об образовании начинается с положений, определяющих основные принципы государственной политики в области образования, то новый законопроект сферу политики и ответственности государства старательно обходит.

Он концентрируется на принципах правового регулирования отношений в сфере образования. Это разумный и правильный подход: работающий закон должен содержать не декларации и благие пожелания, а четкие правовые нормы, сводящие к минимуму возможность их неоднозначного толкования и применения. Но, увы, именно этой четкости законопроекту и не хватает. Вместо правовых норм прямого действия

проект изобилует отсылочными нормами, передавая решение всех важных вопросов на уровень органов исполнительной власти, по сути на уровень ведомственных приказов или уставов, утверждаемых учредителем образовательной организации.

Прежде всего это относится к финансовой ответственности государства в сфере образования. В проекте смешиваются два различных подхода к образованию – как к общественному благу и как к деятельности по оказанию образовательных услуг, что неизбежно приводит к противоречиям.

Изучая законопроект, трудно избавиться от впечатления, что он готовился разными группами разработчиков, представляющими различные ведомственные подразделения, решавшие свои узкие задачи. Такую «лоскутность» не удалось устранить до публикации текста на сайте: очевидно, был жестко установлен срок начала обсуждения — 1 декабря. Это привело к неполноте и несогласованности понятийного аппарата, к различной глубине проработки правовых норм для разных уровней образования, наконец, к сохранению в тексте явных стилистических ошибок и «тяжелого» языка, делающего затруднительным понимание закона для многих педагогов, обучающихся и их родителей, не имеющих специальной юридической подготовки.

Нужна постатейная доработка

В представленном проекте закона «Об образовании» есть полезные новации по сравнению с ныне действующим, например правовые нормы, расширяющие самостоятельность образовательных организаций, поддерживающие интеграцию российской системы образования в общеевропейское образовательное пространство, экспериментальную деятельность в образовании, и ряд других. Однако новый закон принесет пользу только в том случае, если обеспечит главное – создаст правовые механизмы ответственности государства за обеспечение конституционных прав граждан на образование.

На мой взгляд, важнейшие вопросы сферы образования должны решаться на уровне закона – публично и надолго. При этом

ключевое значение имеет законодательное закрепление ответственности государства за создание материальных условий, необходимых для реализации образовательных прав.

Поэтому я выделил несколько принципиальных вопросов, которые предлагаю решить именно в законе (конкретные формулировки можно найти на сайте партии «Яблоко», поддержавшей эти поправки).

Первое. Введение финансовых гарантий обеспечения прав граждан на бесплатное образование – утверждение нормативов бюджетного финансирования образования на уровне закона, при принятии федерального бюджета, в частности утверждение единых федеральных минимальных нормативов финансирования школьного образования (сегодня в различных регионах размеры «подушевых» бюджетных расходов на одного учащегося различаются в разы).

Второе. Увеличение на законодательном уровне числа бюджетных мест в ВУЗах и законодательная защита ВУЗов от сокращения бюджетного финансирования в случае отчисления определенной части студентов, неспособных освоить образовательные программы.

Третье.Защита преподавателей от принуждения к вступлению в политические партии и к работе в избирательных комиссиях. Кстати, такая норма в отношении обучающихся в законопроекте присутствует – почему же ее нет в отношении преподавателей? Не потому ли, что их «административное» принуждение к агитации за «Единую Россию» и к работе в избирательных комиссиях стало скорее правилом, чем исключением? Но как можно требовать от учителей и директоров школ честности и объективности при проведении ЕГЭ, если они получают совсем другие «уроки», вольно или невольно участвуя в фальсификациях на выборах?

Четвертое. Законодательное ограничение аудиторной нагрузки преподавателей (для учителей – не более 18 часов в неделю на одну ставку) и законодательные (а не устанавливаемые подзаконными или локальными актами) гарантии возможности получения преподавателем раз в десять лет длительного оплачиваемого отпуска на срок от шести месяцев до одного года.

Пятое.Создание школьных управляющих советов для привлечения общества к участию в управлении образованием. В концепции законопроекта ставилась задача «законодательного обеспечения открытости системы образования». В этом отношении в новом законе есть новации, заслуживающие поддержки, например перечень сведений, которые образовательная организация обязана размещать на своем сайте в интернете. Но открытость – это не только размещение информации. Это и открытость для ответственного участия общества в делах образования. В законопроекте декларируется государственно-общественный характер управления образованием, однако соответствующие правовые формы управления в нем не сформированы.

Возможности практического участия преподавателей, обучающихся, их родителей (и шире – общества) в управлении образованием в законе лишь декларируются, конкретные механизмы в нем лишь намечены.

Привлечение общества к участию в управлении образованием особенно важно в сфере общего образования, ведь со школой связана практически каждая семья. Это способствовало бы развитию гражданского общества, преодолению замкнутости школы и ее отставания от потребностей общества. Формой такого участия может стать школьный управляющий совет, в котором участвуют и родители, и преподаватели, и старшеклассники, и представители местного сообщества (кстати, такие советы созданы в сотнях школ и доказали свою эффективность, но им не хватает законодательной базы). Я предложил дополнить закон новой статьей, определяющей полномочия управляющих советов (основанной на законопроекте, внесенном мной еще в 2003 году, но отклоненном без обсуждения в 2004-м.).

Практически каждая статья проекта нового закона «Об образовании» нуждается в доработке. Я предложил лишь несколько поправок, по судьбе которых можно будет делать выводы о том, готовы ли инициаторы закона на деле обеспечить ответственность государства за соблюдение прав граждан на образование, готовы ли они решать важнейшие проблемы образования на уровне закона, публично.

Обсуждать всем миром

Отказ от публичного обсуждения и решения важнейших вопросов развития образования на законодательном уровне, передача их решения на уровень исполнительных органов власти представляют большую опасность. Эта очевидная истина получила еще одно подтверждение в последние дни, когда всплыла история с проектом государственного образовательного стандарта для старшей школы, подготовленным к утверждению Министерством образования и науки. Как известно, этот проект «прославился» тем, что в нем исключены из числа предметов, обязательных для изучения старшеклассниками, русский язык и литература, математика, история…

Лишь развернувшаяся кампания протеста, собравшая в интернете за два дня большее число участников, чем обсуждение закона «Об образовании» за два месяца, смогла пока приостановить подписание приказа о его утверждении.

Интересно, что еще в 2002 году в Государственной думе третьего созыва был принят в первом чтении, а в конце 2003 года подготовлен к принятию закон «О государственном стандарте общего образования», подробно определяющий основные компоненты образовательного стандарта, в том числе и минимальный перечень образовательных областей и учебных предметов, в который, конечно же, входили и русский язык, и литература, и математика, и история. Однако в 2007 году он был снят с рассмотрения. Разумеется, без дискуссий.

Автор – председатель комитета по образованию и науке Думы 3-го созыва, член бюро партии «Яблоко»

m.gazeta.ru

Свод законов Хаммурапи и мы

Вы помните о своде законов Хаммурапи, самом раннем кодексе законов, известном на настоящий момент, о котором почти все мы читали когда-то в учебниках по античной истории?

Этот текст, почти не тронутый временем, написанный клинописными буквами, был обнаружен в 1901 году и спустя два года переведен в американском Корнелльском университете. В нем 282 параграфа, или статьи, из которых часть или совсем не сохранилась, или сохранилась фрагментами.

Свод законов Хаммурапи – барометр, зафиксировавший изначальные ценности человеческого общества и показывающий, куда они сдвинулись спустя 4 тысячи лет

Может, кто-нибудь спросит: а что общего у этого самого древнего в истории человечества свода законов с современной семьей, нашими ценностями, миром? Общее есть. Причем очень много. Этот свод законов – барометр, зафиксировавший изначальные ценности человеческого общества и показывающий, куда они сдвинулись спустя 4 тысячи лет. К лучшему или худшему. Он показателен и облегчает нам понимание регресса ценностей в наши дни.

Это самый ранний документ в истории человечества, в котором мы находим такие слова, как «муж», «жена», «брак», семья, «развод», «измена», «дети», «мужчина» и «женщина». Таким образом, было бы очень полезно в наши времена ценностной дезориентации и хаоса оглянуться назад и посмотреть, что думали человеческие создания 4 тысячи лет назад касательно ценностей.

Это светский документ, поэтому его нельзя заклеймить как «фикцию некоего божества»

Этот свод законов был написан во времена Вавилонского царя Хаммурапи, жившего за 1750 лет до Рождества Христова, то есть более 3750 лет тому назад. От свода его законов нас отделяют самое меньшее 3750 лет. Это светский документ, поэтому его нельзя заклеймить как «фикцию некоего божества». Здесь речь не идет о десяти заповедях Ветхого Завета. Нам говорят, что нельзя приводить аргументы в пользу традиционных ценностей из библейской, христианской и вообще религиозной сфер. Подобные аргументы не принимаются во внимание в спорах, проводимых вокруг современного брака, сексуальной жизни и нравов. Однако свод законов Хаммурапи является мирским документом, и он будет весьма полезен для оценки степени деградации современных ценностей в сравнении с теми, которые были кодифицированы вавилонянами 3750 лет тому назад.

Общие замечания

Кроме того, этот документ дает ясно понять, что в какой-то момент своего развития общество определило, что одни социальные практики являются полезными, а другие нет. В итоге как полезные, так и вредные практики были кодифицированы с целью защищать и поощрять первые и запрещать или карать последние.

Анализ, который мы можем провести сегодня, свидетельствует: на то, на что люди 4 тысячи лет назад смотрели как на нормальное, сегодня смотрят как на ненормальное. Естественно, мы имеем в виду не рабство и прочие институты подобного рода, а многотысячелетний институт семьи и брака.

Слово «брак» упоминается в своде Хаммурапи 13 раз, слово «муж» – 44 раза, «жена» – 67 раз, «измена» – 3 раза, «семья» – 1 раз и «развод» – 3 раза. Слово «секс» не появляется совсем.

Это указывает на то, что для вавилонского общества 4000-летней давности брак был чем-то важным, отношения между супругами были четко определены для того, чтобы защищать единство семьи, а отсутствие слова «секс» указывает на то, что, в отличие от наших дней, «примитивное» общество не было одержимо сексуальностью, как это имеет место сегодня.

Развод упоминается как позволительный в том случае, если женщина оказывалась бесплодной; измена каралась смертью. Муж, бросивший свою семью, больше не мог вернуться в нее, а его жена имела право присоединиться к дому другого мужчины. Суровые наказания за измену и уход из семьи свидетельствуют о том, что вавилоняне всерьез подходили к защите семьи и брака.

Брак

Интересные подробности, касающиеся брака, мы находим в кодексе Хаммурапи. Кодекс определяет брак не прямо, а косвенно. Параграф 128 утверждает: «Если мужчина взял себе жену, но не заключил с ней брачного договора, эта женщина не является его женой». Брак, таким образом, создавался мужчиной и женщиной, мужчина при этом назывался мужем, а женщина – женой. Но чтобы быть официально созданным и признанным в обществе, союз между мужем и женой должен быть задокументирован в форме брачного договора.

4 тысячи лет тому назад общество проводило различие между сожительством и браком

Это указывает на то, что при отсутствии брачного договора между мужчиной и женщиной имели место отношения сожительства. Это означает, что еще 4 тысячи лет тому назад общество проводило различие между сожительством и браком. А почему? Без сомнения, потому, что брак, а не сожительство, придавал стабильность отношениям между супругами, что, в свою очередь, вносило социальную стабильность в жизнь всех членов общества.

Брак ставил пределы сексуальным и семейным отношениям, отношениям между мужем и женой, между родителями и детьми. Все знали свои роли и пределы. Но от этого все только выигрывали: мужья и жены, родители и дети и общество в целом.

Что значит «брачный договор»? Именно то, что в наши дни продолжает отличать брак от сожительства. Сожительство не основано на договоре, а является совместным проживанием по расчету без взаимных обязательств. Брак же основан на договоре. Брачный договор между мужчиной и женщиной означает взаимные обещания верности и моногамии, обещание быть вместе в добре и зле, в здоровье и болезни и исключить из отношений между мужем и женой третьих лиц. Обещания эти давались в присутствии свидетелей.

Интересно заметить, что Священное Писание в Ветхом Завете определяет брак как договор между мужчиной и женщиной, заключенный в присутствии свидетелей (Мал. 2: 14: «Вы скажете: “за что?” За то, что Господь был свидетелем между тобою и женою юности твоей, против которой ты поступил вероломно, между тем как она подруга твоя и законная жена твоя» [1] ).

Сопоставим это традиционное определение брака, имеющее самое меньшее 4000-летнюю давность, с определениями, предлагаемыми сегодня. Новая идеология семьи больше не основывает брак ни на союзе между мужчиной и женщиной – лицами разного пола, ни на договоре между мужем и женой, на верности, моногамии и исключении третьих лиц из взаимоотношений между мужем и женой. Речь всё больше идет о браке нового типа, об «открытых браках» («open marriages»), в которых муж разрешает жене поддерживать сексуальные отношениями с другими лицами – будь они противоположного или одного с ней пола, и жена тоже разрешает это своему законному мужу. Полиамурность, или групповой брак, тоже является частью этой тенденции и всё громче требует своего легального признания.

Нерожденные дети

Нерожденными детьми дорожили, и они имели реальную ценность в своде законов Хаммурапи. Если человек покушался на беременную свободную женщину и становился причиной гибели ее плода, то назначались не уголовные наказания, а денежные, при этом компенсация составляла 10 сиклей (§ 209).

В кодексе Хаммурапи упоминается много преступлений, подлежащих денежной компенсации, но самой большой была компенсация в случае убийства нерожденного ребенка свободной женщины…

Развод

Развод был разрешен при определенных обстоятельствах, но запрещен при других. Например, если жена заболевала, муж не мог с ней развестись, он обязан был содержать ее до конца ее жизни (§ 148). А если развод разрешался, то муж обязан был отдать жене часть урожая, имущества и благ, чтобы она содержала на это своих детей (§ 137).

Сексуальные преступления

В своде не используется слово «секс», определенные сексуальные отношения были запрещены и карались

При том что в своде не используется слово «секс», определенные сексуальные отношения были запрещены и карались. Инцест был запрещен. Отец, вступивший в кровосмесительную связь с дочерью, подлежал изгнанию из города (§ 154). Отца, который брал жену для своего сына и ложился с ней, вешали, а ее топили (§ 155). Если мужчина ложился с женой своего отца после его смерти, то как его, так и женщину сжигали на гумне (§ 157). Насилие каралось смертью мужчины (§ 130). Измена каралась смертью обоих через удушение и утопление (§ 129).

Актуальность свода законов Хаммурапи сегодня

Вне всякого сомнения, принципы, провозглашенные сводом законов Хаммурапи, были приняты для того, чтобы предотвратить нравственный хаос и нравственный упадок, имевшие место в прежних поколениях. Если Хаммурапи счел за благо определить и стандартизировать брак, то это значит, что его поколение нашло предшествующие способы общежития хаотичными и ущербными.

Брак как раз и был призван поддерживать общественный порядок, регламентировать отношения между полами, родителями и детьми, защищать детей, защищать супругов от вмешательства третьих лиц и обеспечивать гармоничное преемство поколений.

Хаммурапи и древние поколения перевернулись бы в гробу, если бы узнали, что «просвещенные» страны Европы узаконят браки между лицами одного пола

Современные идеологии и практики располагаются на противоположном от этого полюсе. Спустя 3750 лет после записанной истории и 4000 лет человеческого опыта брак заново переформулируется. Хаммурапи и древние поколения перевернулись бы в гробу, если бы узнали, что по прошествии 3750 лет «просвещенные» страны Европы узаконивают браки между лицами одного пола.

Сексуальные преступления сейчас тоже по большей части декриминализированы. Измена уже не подлежит наказанию, инцест тоже. Только насилие всё еще наказывается. Развод либерализован, а веских причин для его получения больше не требуется.

С другой стороны, однако, свод законов Хаммурапи представляет собой стандарт, проводящий разграничительные линии цивилизации. Цивилизация начинается тогда, когда общество научается различать между добром и злом, выбирает добро, отвергает зло, кодифицирует добро и наказывает зло. Следовательно, общество может называться цивилизованным только до тех пор, пока оно обладает рассудительностью, пока оно может проводить различие между добром и злом и запрещать зло.

Пропасть и моральный коллапс начинаются там, где способность проводить различие между добром и злом заканчивается, а желание отвергнуть зло затухает. В этой точке и находится Европа наших дней, возьмем на себя смелость это сказать. Аборты, сексуальная безнравственность, мерзкие сексуальные союзы, культура смерти, порнография, гедонизм, отсутствие интереса к благополучию завтрашнего общества – всё это симптомы того, что Европа утрачивает способность отличать добро от зла и что ее желание отвергнуть зло затухает.

А что Румыния?

Свод законов Хаммурапи кодифицирует первый институт человечества – брак и семью. Тот же институт, который упомянут и в 48-й статье Конституции Румынии [2] . Самый древний институт в истории человечества. Первый и самый важный. Способствовавший появлению и формированию всех остальных институтов. Свод законов Хаммурапи кодифицировал брак потому, что древние поколения сочли его самым полезным и важным институтом для предотвращения возврата общества к варварству.

Поэтому удивительно, а может, даже жаль, что политические лидеры Румынии противятся кодификации этого института в Конституции Румынии. Господа Понта, Бэсеску и Черня [3] выглядят как двоечники в истории. Им было бы неплохо прочитать правила Хаммурапи и осознать, насколько они сами не правы. Может, они и считают себя интеллигентными и образованными, однако выглядят как невежды в истории. Уже 3750 лет как брак кодифицирован в виде союза между мужчиной и женщиной, а их это не волнует.

С 2006 года Альянс семей Румынии борется именно за защиту института брака и определения его в Конституции Румынии в том виде, в каком он был кодифицирован впервые 3750 лет тому назад в своде законов Хаммурапи. Это борьба, которую мы считаем благородной. Да, мы на стороне Истории. А наши руководители – нет.

Альянс семей Румынии

Перевел с румынского Родион Шишков

[1] В рум. и ц.-сл. переводе: «она общница твоя и жена завета (договора) твоего».

[2] 48-я статья Конституции Румынии определяет семью как союз, основанный на добровольном согласии супругов (а не мужчины и женщины). Гомосексуалистское лобби начиная с 2006 г. ведет в румынском парламенте большую борьбу за пересмотр Конституции в выгодную для себя пользу. В том же году было собрано более 650 тыс. подписей против гомосексуальных нововведений в Конституцию; неоднократно выступала против этого и Румынская Церковь, но вопрос и сегодня остается открытым.

[3] Виктор Понта (р. 1972) – премьер министр Румынии с 2012 г.; Траян Бэсеску (р. 1951) – президент Румынии с 2009 г.; Ремус Черня (р. 1974) – председатель Партии зеленых, борец за права человека, за свободу самовыражения и свободу мысли, совести и религии, против дискриминации меньшинств.

pravoslavie.ru

Смотрите еще:

Закладка Постоянная ссылка.

Обсуждение закрыто.