Люди не верят в российские законы

«Фантастику не комментируем»: в РАН не верят в сенсационный двигатель из Китая

Российские ученые прокомментировали новость, которая сегодня пришла из Китая. Там инженеры заявили, что создали рабочий образц ракетного двигателя EmDrive, действие которого нарушает привычные законы физики.

Действительный член Российской академии космонавтики имени Циолковского Александр Железняков в беседе с НСН заявил, что не верит в изобретение китайских ученых.

Александр Железняков, член Российской академии космонавтики имени Циолковского: «Я фантастику не комментирую. Вы понимаете, тут вообще непонятно, что это за двигатель. Я все-таки сторонник того, что в природе ничего бесследно не исчезает и ничего бесследно не появляется. А тут какие-то фантастические идеи высказываются. Не зная всех подробностей, комментировать абсурдно».

А ведущий научный сотрудник из Института космических исследований РАН Натан Эйсмонт заявил, что новость из Китая вообще напомнила ему фильм «Кин-дза-дза», где летающие аппараты тоже нарушают все законы физики. В интервью RT исследователь объяснил, почему идея такого двигателя нереализуема.

Натан Эйсмонт, ведущий научный сотрудник из Института космических исследований РАН: «Я сразу скажу, что это бред. Без отброса масс невозможно развивать тягу. В одну сторону летят продукты сгорания в двигателе, а в другую летит ракета. Все мы хотим чудес, причем хотим настолько, что вполне грамотные и получившие соответствующее образование люди впадают в состояние, когда начинают верить в чудеса».

смотреть Британский инженер представил микроволновый двигатель для космических путешествий Напомним, сегодня стало известно, что китайские ученые объявили о создании рабочего образца ракетного двигателя EmDrive, действие которого нарушает привычные законы физики: его действие невозможно объяснить в рамках законов сохранения. По словам инженеров из КНР, с помощью такого двигателя можно будет долететь с Земли до Марса за 10 недель.

www.ntv.ru

Человек и закон

Основное правило программы старо как мир: информация из первых рук и только проверенные факты.

Общественно-политическая программа «Человек и закон» выходит на Первом канале уже 35 лет (Алексей Пиманов ведет программу с 1996 года). Столь «преклонный возраст» ничуть не мешает программе оставаться одной из самых востребованных и актуальных на отечественном телевидении. Быть может потому, что основные темы — борьба с организованной преступностью, расследования о коррупции в высших эшелонах власти, криминальные истории…

Программа старается дать взвешенную оценку важнейшим событиям в политической, экономической и социальной жизни страны, освещает огромный спектр вопросов и проблем, с которыми каждодневно приходится сталкиваться человеку, причем не только с правовой точки зрения, но и с позиций общечеловеческой нравственности (заметим в скобках, что речь идет не о навязшем в зубах «шаманском моралите» советских времен или вызывающем оскомину «демагогическом словоблудии», а прежде всего об основополагающих ценностях человеческого общежития, которых осталось не так уж и много в современном мире). Именно поэтому «Человек и закон», ориентируясь на рядового зрителя, постоянно следит за судьбой своего постоянного героя — обыкновенного человека, попавшего в клещи несправедливости и беззакония.

Алексей Пиманов любит приглашать в студию программы «Человек и закон» гостей. Это основные ньюсмейкеры недели — политики, представители силовых структур и правоохранительных органов, известные журналисты со своими не всегда «удобными» расследованиями, известные всей стране VIP-персоны, не по своей вине попавшие в крупную передрягу (будь то неправильно оформленные авторские права, защита чести и достоинства или спровоцированное ДТП).

www.1tv.ru

«Круче амнистии»: в Госдуме одобрили закон о зачете дней в СИЗО

«Не секрет, что в следственных изоляторах подозреваемые и обвиняемые содержатся в камерах и практически не имеют возможности для занятий каким-либо видом деятельности, – рассказал «Право.ru» Павел Крашенинников, глава комитета. – В течение дня им предоставляется только часовая прогулка в прогулочном дворе. В то же время большая часть из них впоследствии приговариваются к отбыванию наказания в исправительных учреждениях, условия содержания в которых значительно гуманнее».

В связи с этим, по задумке авторов законопроекта, один день в СИЗО должен приравниваться к:

  • полутора дням в дисциплинарной воинской части;
  • двум дням в случае ограничения свободы, принудительных работ и ареста;
  • трем дням для исправительных работ и ограничений по военной службе;
  • восьми часам обязательных работ.
  • В случае же лишения свободы один день в следственном изоляторе засчитают как:

  • один день при отбывании наказания в тюрьме и исправительных колониях особого и строгого режима;
  • полтора дня при отбывании наказания в исправительной колонии общего режима и воспитательной колонии;
  • два дня при отбывании наказания в колонии-поселении.

Кроме того, два дня под домашним арестом предлагается приравнять к одному дню в СИЗО.

В то же время эти изменения не затронут лиц, осужденных за совершение особо тяжких преступлений и террористических преступлений. Новые нормы также не будут работать при особо опасном рецидиве и в случаях, когда смертная казнь в порядке помилования была заменена лишением свободы.

Важнейшим элементом законопроекта является его положение о том, что в случае его принятия действие новеллы будет иметь обратную силу. Это приведет к тому, что срок отбывания наказания уменьшится у значительного числа осужденных.

Законопроект направлен на реализацию принципа справедливости в отношении осужденных к лишению свободы. Надеюсь, что данная новелла также приведет к более взвешенному подходу при избрании такой меры пресечения, как взятие под стражу.

Павел Крашенинников, председатель комитета Госдумы по госстроительству и законодательству

«Этот закон круче амнистии, потому что последняя действует только назад, а этот будет действовать и назад, и вперед. Это будет системная статья, что, на мой взгляд, гораздо лучше», – говорил Крашенинников в 2015 году, когда Госдума приняла поправки в первом чтении.

В этом году инициативе Крашенинникова и других законотворцев исполняется 10 лет – документ был внесен на рассмотрение в Госдуму в июне 2008 года.

С текстом законопроекта № 73983-5 «О внесении изменений в статью 72 Уголовного кодекса Российской Федерации (по вопросу зачета времени содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу в срок отбывания наказания в виде лишения свободы)» можно ознакомиться здесь.

необоснованно завышенная самооценка или ультиматум работодателю. «Настораживает, когда кандидат пишет в сопроводительном письме: «Под предметом собеседования я понимаю условия трудового договора. Это означает, что прочитать его я должен до собеседования», – считает менеджер по управлению персоналом Capital Legal Services Яна Чеповецкая. С этим согласилась менеджер по персоналу ЮФ «Sameta» Галина Добровольская. «Прошу в случае заинтересованности присылать только серьезные предложения. Работать на телефоне, зазывать клиентов, бегать курьером – я не такую работу ищу. Так как работа в следствии занимает почти 24 часа в сутки, часто без выходных, прошу не отвлекать меня собеседованиями с менеджерами, специалистами по подбору персонала. На собеседование готов прийти, если директор компании ознакомился с моим резюме и у вас действительно серьезная работа и серьезное предложение не ниже по статусу и уровню работы, чем работа в следствии», – привела пример Добровольская;жесткий график работы. «Я точно не буду рассматривать претендента, который указывает жесткие рабочие часы и подчеркивает необходимость их соблюдения по различным обстоятельствам, включая семейные. Мне представляется, что такой претендент слабо знаком с юридической работой, которая иногда требует круглосуточного включения», – рассказал управляющий партнёр АБ «Яблоков и партнёры» Вячеслав Яблоков;явное преувеличение собственных достижений. «Если в резюме написано: «100% выигранных дел», я сразу отмечаю неполную адекватность кандидата», – сообщил Курлат. «Также не стоит писать: «Я один вытянул дело», «я могу выиграть любой спор», «я в совершенстве знаю все отрасли права», – считает Данилов;резкое несоответствие названия резюме и информации в нем позиции, на которую оно направлено. Добровольская вспомнила такой пример: «На вакансию «юрист» направлено резюме под заголовком «манекенщик». В нем указано: образование – профильное, опыт работы юристом – девять лет. О себе: рост – 188, объем груди – 109, талия – 69, бедра – 103″. «На вакансию «младший юрист» направлено резюме «вокалист». Образование – МГЮА им. О. Е. Кутафина. Опыт работы – караоке-ресторан, вокалист. О себе: «Большой опыт концертных выступлений на различных мероприятиях». «На вакансию «помощник юриста» направлено резюме, которым ранее кандидат откликался на позицию «секретарь-референт». Образование – юридическое. О себе: «Я – фотомодель, это мое хобби». Партнер ЮФ «Линия Права» Вадим Конюшкевич рассказал: «Несколько лет назад мне пришло резюме, где в графе «хобби и интересы» девушка указала, что является победительницей конкурса пляжного бикини. В итоге резюме было отложено в стопку отказных». Генеральный директор ООО «3В Консалтинг» (юридические услуги для бизнеса) Виктор Вяткин признался, что его бы смутило своеобразное хобби, например, оккультизм. «Один кандидат на позицию «юрист» в резюме указал, что после 13 лет работы дознавателем вот уже 1,5 года работает флористом. Другой с гордостью сообщил, что, работая в администрации N-ской области, организовал посадку 13 000 деревьев. Очень важный опыт для юриста!» – шутит Добровольская;указание нерелевантной информации. «Например, когда кандидат на позицию юриста (возраст 30+) пишет в резюме, где и кем работают его родители, какие у него есть животные и как их зовут, указывают марку своей машины, перечисляет оценки в школе», – отметила Чеповецкая. «Не стоит писать об окончании курсов и семинаров, не имеющих отношение к должности (например, курсы кройки и шитья), а также о личных качествах (добрый, веселый)», – советует адвокат, руководитель отдела BD национальной ЮК «Митра» Алина Зеленская;информация об отсутствии каких-либо навыков или опыта. «Вообще слову «нет» не место в резюме», – уверена партнер КА «Юков и партнёры» Виктория Даудрих;несоблюдение конфиденциальности. «Не нужно указывать в портфолио дела, имена клиентов, названия компаний и суммы выигранных споров, если эта информация не носит публичный характер», – рекомендует операционный директор BGP Litigation Элина Собакарь.

Работодатели также не приветствуют очень длинные резюме, резюме в виде таблицы или сделанные конструктором сайта вакансий, с обилием юридических терминов и иностранных слов. «Найдите дизайнера-фрилансера, и он за 1000 руб. все оформит очень качественно. Резюме должно быть выполнено дизайнером», – уверен партнер Saveliev, Batanov & Partners Сергей Савельев. «Использование узкоспециализированной профессиональной лексикии англоязычных слов тоже выглядит неуместно, а порой даже комично», – считает Собакарь. «Боль специалистов по подбору персонала – резюме юриста на шести листах. Особенно это касается судебных юристов, которые вставляют номера всех дел, которые они вели. Поверьте, нам достаточно описания вашей роли в деле и процессуальных документов», – призналась PR&Marketing-менеджер ЮФ «Инфралекс» Анна Можаева.

«Бывало, на моих собеседованиях плакали, бывало, уходили, не дождавшись окончания», – рассказал Вяткин. «Потому точные ответы во время собеседования для меня не настолько важны, как умение неординарно подходить к решению задачи, рассматривать её под иным углом», – сообщила советник управляющего партнёра АБ «Казаков и Партнеры» Диана Полетаева.

Короткое интервью не всегда означает провал. «Бывает, после 20 минут общения понимаешь, что соискатель подходит и ты готов сделать ему предложение о работе. В один из таких случаев кандидат спросил: «Это все? Вопросов и тестов больше не будет? Я думал, будет жестче. Ну, раз я вам не подхожу, я пошёл», – рассказал специалист отдела персонала «Пепеляев Групп» Дмитрий Рудоманов. «Мне всегда казалось, что я проваливал все свои собеседования, в том числе и в ЕПАМе, где я работал после окончания вуза. Но ведь взяли!» – вспоминает Савельев. Кстати, иногда плохое собеседование становится для кандидата очень хорошим опытом. «Когда я работал в банке директором юрдепартамента, ко мне пришла девушка «не в форме»: с перерывом в практике по причине болезни. В тот раз я ей отказал. А через год она пришла снова, поработав это время как раз по нужному мне профилю. Я ее взял, и вскоре она стала ключевым членом моей команды, я даже рекомендовал ее на свое место, когда уходил», – заявил Вяткин.

Иногда соискатели с их свежим взглядом помогают работодателям решить сложные вопросы. «Кандидат, только что завершивший обучение в университете, очень бойко и правильно отвечал на собеседовании. Видя, что человек хорошо ориентируется в праве и быстро соображает, мы решили задать один вопрос, на который сами не могли найти ответ в течение нескольких дней. Не долго думая, он высказал пару очень дельных мыслей, которые впоследствии нам пригодились. Разумеется, этот кандидат немедленно получил от нас предложение о приеме на работу», – сообщил директор аудиторско-консалтинговой группы «БДО Юникон» Иван Новиков.Мы попросили экспертов рассказать о самых сложных собеседованиях, и почти все вспомнили излишне самоуверенных претендентов. «Одно из самых сложных собеседований мне довелось проводить с соискателем, которая готова была занять должность директора юридического департамента. Сложность была в том, что у нас не было такой вакансии. А дама пришла и не хотела уходить. Ее аргументы: 20 лет судебной практики, в прошлом руководство своей юрфирмой и покупка квартиры в трех домах от нашего офиса. Было трудно!» – призналась Скворцова. «У меня был случай попытки трудоустройства бывшей чиновницы одного известного контролирующего госоргана, которая с порога уведомила: в суды ходить не будет, так как у неё никаких нервов не хватит и всё равно там всё куплено; в командировки не поедет, так как это тоже нервы; готова участвовать только в интересных и значимых для её профессионального развития проектах. Еще девушка объявила, что сотрудников с таким уровнем знаний мы всё равно не найдём, и порекомендовала себя взять, не растрачивая время на собеседования. Мы с таким подходом были не согласны и отказали в трудоустройстве», – заявила Полетаева. «У нас был случай, когда кандидат столь сильно хотел присоединиться к нашей команде, что категорически не принимал отказ – ссылался на ТК, требовал развернутое объяснение, грозился судебным разбирательством. Но отбор у нас строгий, и «нет» означает только «нет», причем в самой корректной и обоснованной форме», – заявила HR-менеджер ЮФ «Инфралекс» Елена Гузева. Бывает, уверенность, напротив, только добавляет соискателю очков. «Как-то мой кандидат, претендующий на позицию главы юрдепартамента в крупной международной компании, умудрился опоздать на интервью на два часа. К слову сказать, офис компании был за МКАДом, и это обстоятельство несколько смягчило ситуацию. В итоге кандидат-россиянин получил место, которое до этого занимали только экспаты. Но главным штрихом было то, что ему удалось увеличить собственную зарплату в 1,7 раза!» – восторгается исполнительный директор, руководитель юридической практики компании Staffwell Инна Алпаидзе.

Цитаты в коллажах – из реальных резюме юристов

Часто на собеседованиях случаются забавные истории. «Как-то к моей коллеге пришёл кандидат с большим чёрным дипломатом, достал оттуда внушительных объемов прибор и сказал, что перед интервью ему необходимо изменить ауру помещения и ауру интервьюера», – сообщила Алпаидзе. «Позабавило, когда претендент на вопрос о наличии навыков составления определенных процессуальных документов сообщил, что без труда сможет справиться с задачами, поскольку видел, как на предыдущей работе его сосед готовил подобные документы», – рассказала юрист, руководитель практики АБ «Казаков и Партнеры» Мария Девятерикова. «Однажды был весёлый случай, когда параллельно проходило два интервью, но руководители юридических групп перепутали переговорные и общались не со «своими» кандидатами. Беседы проходили оживлённо, кандидаты оказались смекалистыми и интересно отвечали на непрофильные вопросы. Ситуация раскрылась спустя 20 минут, когда один из руководителей уже практически сделал предложение о работе. Несмотря на путаницу, все с юмором отнеслись к ситуации, а один из интервьюируемых даже получил оффер», – сообщила специалист отдела персонала VEGAS LEX Кристина Новожилова.

Многие эксперты вспомнили, как к ним на интервью приходили кандидаты с мамами, женами, подругами. «Однажды адвокат явился вместе с женой, которая позиционировала себя как незаменимый персональный помощник. Она сидела на собеседовании и помогала отвечать на вопросы, зачастую вперед кандидата», – отметил Курлат. «Девушка привела с собой двух подруг, которые также искали работу. Пришлось собеседовать всех троих, причем одновременно. Устроили такой юридический баттл», – рассказал Данилов.

Кадровые агентства и площадки в интернете для трудоустройства юристов известны, но нередки случаи, когда талантливым правоведам предлагают пройти собеседование, заметив их в неожиданных местах:

в вузе или ином учебном заведении;на семинаре, конференции;во время сопровождения сделки;во время судебного процесса. «Моя коллега пришла работать к нам в команду, представляя интересы оппонента. Нам понравились ее сообразительность, знание процессуального законодательства, умение мгновенно реагировать и договариваться. Дело закончилось мировым соглашением, и по его завершении мы пригласили девушку к нам. Мы с ней много лет проработали вместе и до сих пор общаемся, несмотря на то, что теперь состоим в разных коллегиях. Вообще, для процессуалистов самые интересные знакомства происходят именно в судах», – считает Даудрих. «Интеллектуальная дуэль с умным и сильным соперником – удача для судебного юриста. Нет ничего приятнее настоящего состязательного процесса, где острота реакции и глубина знаний спрессованы во времени. Поэтому всегда хочется пригласить ценного специалиста, проверенного непосредственно в деле. Иногда мы так и делаем. Препятствием может стать только конфликт интересов или корпоративная этика», – сообщила Полетаева;в юридических изданиях и на правовых сайтах. «Увидев коллег, которые писали по интересующим нас темам, мы привлекали их для разработки позиции в делах, где имелись пробелы законодательства и отсутствовала судебная практика. Иногда это оказывалось очень эффективным», – заявил Курлат. «Но есть и противоположный опыт: иногда человек, пытаясь раскрыть довольно рядовую тему, чрезмерно увлекается своим местом в науке, и статья превращается в несколько листов увлечённого жонглирования терминами, цитатами и «сложносочинением в сложноподчинении». А хочется увидеть анализ, выводы и рациональные предложения», – отметила Полетаева;по телевизору. «Моя однокурсница, только закончив институт, первой выиграла дело о взыскании компенсации в пользу жертвы теракта на Дубровке. Об этом был сюжет на телевидении. Сюжет посмотрел управляющий партнер известного «ильфа» и сделал ей предложение о работе. Это был щедрый аванс, который она оправдала, проработав в этой фирме много лет», – рассказал Вяткин;в соцсетях. «Если посты содержат умные и глубокие комментарии по какой-либо проблеме (например, ответы на вопросы, которые задаёт Сергей Сарбаш в Facebook), мы можем пригласить их автора на собеседование», – заявила Полетаева.

pravo.ru

Ирина Хакамада — о бизнесе в СССР: «Предпринимателем я стала от отчаяния»

К 30-летию закона о кооперации, с которого всё началось

26 мая 1988 года был принят закон «О кооперации в СССР». Самые активные советские люди получили возможность открыть своё дело и начать обогащаться. В их числе была 33-летняя доцент кафедры политической экономики высшего технического учебного заведения (втуза) при московском заводе им. И. Е. Лихачёва Ирина Хакамада. О том, как это было, она рассказала в интервью «Секрету фирмы».

«Завкафедрой был в шоке!»

— Расскажите, как вы, доцент кафедры политэкономии, стали кооператором.

— Вышел закон — и я сразу решила заняться бизнесом. Денег не хватало катастрофически! Первой идеей было продавать вафельные трубочки со сгущёнкой, и я даже собрала под это дело четырёх единомышленников. Потом пришёл [Константин] Боровой (будущий создатель Партии экономической свободы, в которой состояла Хакамада. — Прим. «Секрета»), посмотрел на это и сказал: «Это всё, конечно, классно, но зарабатывать надо не физическим трудом, а интеллектуальным. Физический труд быстро надоест». Так он стал моим партнёром. Он нашёл какой-то завод, который хотел автоматизировать бухучёт, и наш кооператив продал этому заводу систему, которую написал племянник Борового.

— Как вы с партнёром познакомились?

— Я преподавала во втузе при заводе им. И. А. Лихачёва, а он был там же аспирантом. Нас познакомила общая подруга, и мы начали общаться в одной большой компании. Часто подолгу засиживались в его уютной квартире на первом этаже, где всё было заставлено книгами. Жили бедно, но весело.

— Боровой нашёл завод, племянник написал программное обеспечение. А ваша роль была какая?

— А я занималась переговорами. Мне люди доверяли, потому что я умела создавать нужное впечатление. Всё-таки доцент политэкономии.

— Сколько вы в итоге заработали?

— Около $500. Тогда это были бешеные деньги! Потом мы сняли подвальное помещение на «Белорусской» и стали торговать компьютерной техникой. Как и многие тогда.

— Что купили себе первым делом?

— Ну на первую зарплату ничего особенного. Просто начала нормально питаться. До этого ведь приходилось на всём экономить. Муж, научный сотрудник, получал мало, а у нас было двое детей, мы содержали двух мам-пенсионерок. Потом уже, когда дела пошли в гору, купила белую «восьмёрку» «Жигулей».

— Как коллеги по кафедре отнеслись к вашему новому занятию?

— А я ничего не говорила коллегам, так как кооперацией занималась исключительно в свободное время. Всё-таки я была доцентом, и большой нагрузки у меня не было: всего, кажется, две лекции и два семинара в неделю. Потом, когда мы сильно выросли и бизнес начал требовать полной отдачи, я написала заявление.

Завкафедрой был в шоке! Ректор меня вызвал: «Что вы делаете? С ума сошли!» Друзья из академического сообщества тоже меня осудили. Говорили, что я занимаюсь не тем, что это не моё, что в частном секторе одно жульё и бандиты. Кажется, это был 1989 год.

«Если приумножение денег — единственная цель, мне это неинтересно»

— Многие российские self-made-бизнесмены, начинавшие в 1990-е, называют любимой книгой «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд. Например, Евгений Чичваркин или Дмитрий Костыгин. А для вас, я прочитал в одном интервью, настольной книгой в то время был «Капитал» Карла Маркса. Как поклонник Маркса может хотеть быть предпринимателем?

— Я стала предпринимателем от отчаяния! Когда поняла, что начала экономить уже на зубной пасте и еде. И настольной книгой у меня всё же был не «Капитал». Я писала диссертацию по рыночной экономике на примере Франции, поэтому понимала законы рынка, знала, что такое фьючерсы, норма прибыли, амортизация, биржа и т. д. Мне было легко воплотить знания в жизнь.

— Как у специалиста по рыночной экономике, у вас было ощущение, что власти развивают её как-то не так?

— Вы знаете, да. Было такое ощущение. Мы неоднократно как представители бизнеса встречались с правительством реформаторов, [Егором] Гайдаром, [Анатолием] Чубайсом, [Александром] Шохиным и критиковали их действия. Говорили, например, что огромный НДС (в то время 28%. — Прим. «Секрета») убивает бизнес. Говорили, что нет никакого просвещения, что государство не вовлекает население в бизнес. Но нас никто не слушал.

Ошибок было сделано много, но надо учитывать, что СССР был закрытой страной, экономистов-рыночников в нём было микроскопически мало, и все они были теоретиками. Поэтому невозможно, ну невозможно было избежать ошибок. Попробуйте изменить всю жизнь, начать с нуля и не допустить ни единой ошибки. Так не бывает.

Когда СССР рухнул, на смену тотальной бедности пришла тотальная нищета. Но появился шанс что-то сделать через предпринимательскую деятельность. Людям дали инструмент, чтобы приспособиться, хоть какой-то. Получилось, что меньшая, микроскопическая часть населения приспособилась, но огромному количеству людей приспособиться не удалось.

Что поделать, это был переходный, кризисный период. Уже в конце 1980-х было ясно, что он назревает. [Михаилу] Горбачёву досталась в наследство обвалившаяся экономическая база. Он не смог с этим ничего сделать. Потом при [Борисе] Ельцине была проделана большая часть фундаментальной работы. Но до конца её не довели.

— Почему мало кому удалось приспособиться? С приватизацией крупнейших предприятий понятно. Но в остальном условия были одинаковые. Каждый получил возможность открыть своё дело.

— Дело в том, что в период турбулентности, когда происходит полная смена трендов, приспособиться всегда удаётся только 2–3% населения. Успех зависит не столько от способностей, сколько от характера, храбрости, умения брать на себя ответственность и получать удовольствие от риска. Таких людей мало. Большинство цепляется за стабильность, и поэтому оно всегда проваливается, когда наступают перемены.

— В нашем случае пассивное большинство было каким-то совсем пассивным.

— Рынка не было 75 лет. О чём тут говорить?

— Как вы оцениваете значение закона о кооперации спустя 30 лет?

— Я считаю, что этот закон был фундаментальным и ключевым. Людям дали возможность проявлять частную инициативу, что было запрещено в СССР. Это был взрыв, породивший предпринимателей и средний класс.

— Тем не менее вы очень быстро из бизнеса ушли — избрались в Госдуму первого созыва. Почему?

— Потому что я не зачитывалась, как Чичваркин, книгой «Атлант расправил плечи». Для меня бизнес был исключительно способом выжить. Но профессиональной самореализации в этом занятии я не почувствовала. Ну не моё это.

Настоящий бизнесмен ловит кайф от того, что зарабатывает всё больше и больше. Предпринимательство — это творчество, это огромные ежедневные риски. Человек должен ловить кайф от этого состояния. Таких людей очень мало. Может быть, 10% во всём мире. Я себя к их числу не отношу.

Деньги у меня есть, и я умею отстаивать свои интересы. Но если приумножение денег — единственная цель, мне это неинтересно.

«Если есть чуйка — вперёд. Только с государством не связывайтесь»

— Как политик вы стремились представлять интересы среднего класса, в том числе предпринимателей. Почему они так плохо проголосовали за вашу партию «Союз правых сил» (СПС) в 2003 году?

— Ну, в 2003 году уже были неравные условия появления на телевидении. Возможности контактировать с населением уже были ограничены. Да и «Яблоко» в качестве конкурента убивало последние шансы. [Михаил] Ходорковский, у которого тогда ещё всё было нормально, финансировал одновременно «Яблоко», СПС и коммунистов. Он предпринял попытку объединить «Яблоко» и СПС, но в итоге ничего из этого не вышло.

Кроме того, наш средний класс рос в специфических условиях. У него не появилось гражданского мышления. Люди до сих пор не понимают, что несут ответственность не только за себя и свой бизнес, но и за страну.

— Вы во многих интервью говорите, что власти в России презирают малый бизнес, хотя он мог бы быть важным драйвером развития экономики, как, например, в США. В какой момент всё пошло не так?

— Когда пришёл Владимир Владимирович [Путин], поначалу всё шло хорошо, и мы даже провели пакет законов по малому бизнесу. Но когда в интересах людей, близких к Владимиру Владимировичу, посадили Ходорковского, я поняла, что разворота в сторону малого бизнеса в России не будет, он останется в маргинальном состоянии. Один олигархат сменил другой олигархат. Потом пошли заявления, что локомотивами нашей экономики будут госкомпании.

— В 2004 году вы участвовали в президентских выборах. Если бы вы тогда избрались, что бы сделали в первую очередь? Что сделали бы для развития бизнеса?

— Ну я бы сначала медленно и аккуратно реформировала федеральное правительство — оно огромное и неповоротливое. Сократила бы большое количество контрольных функций, сделала бы всё прозрачным — как в Сингапуре. Затем я провела бы реформу бюджетной политики. Я бы больше оставляла регионам, но зато у них было бы больше ответственности. В дальнейшем я бы сделала всё, чтобы малый бизнес занял 50% экономики. Чтобы не было такого, как сейчас, когда одна компания влезает в долги, а всю страну шатает. Примерно так.

— В 2018 году капитализму в новой России исполняется 30 лет. Праздник он встречает явно не в лучшей форме. Можете сказать что-то ободряющее тем, кто всё равно пытается что-то создавать?

— Ну, из ободряющего могу сказать, что российский предприниматель настолько креативен и изворотлив, что всегда найдёт нишу. Главное правило: как можно меньше капитальных затрат и тяжёлых активов. Собирайте вокруг себя креативных единомышленников, не стройте жёсткую вертикаль. Платите за результат — фиксированная часть зарплаты должна быть минимальной. Если есть чуйка и талант — вперёд. Бояться ничего не нужно.

Только не связывайтесь с государством. Толку от этого мало, а в тюрьму можно попасть в любой момент. Я имею в виду в том числе попытки работать по госзаказу или под крышей государства. Яркий пример — Кирилл Серебренников. Вот как заканчиваются подобные истории.

Редакция благодарит за помощь в организации интервью издательство «Альпина Паблишер», в которым вышла новая книга Ирины Хакамады «Рестарт. Как прожить много жизней».

Новости и лучшие статьи «Секрета фирмы» — в нашем Telegram-канале: @businesssecrets. Подписывайтесь!

secretmag.ru

Смотрите еще:

  • Закон как форма права виды 38. Закон: понятие, признаки, виды. По юридической силе все нормативные акты подразделяют на законы и подзаконные акты. Закон – нормативный акт, который издается только законодательными органами […]
  • Заявление о разводе курск о расторжении брака Регистрация расторжения брака Основанием для государственной регистрации расторжения брака является: совместное заявление о расторжении брака супругов, не имеющих общих детей, не достигших […]
  • Группа кратковременного пребывания детей в детском саду программа Образовательная программа группы кратковременного пребывания "Счастливый малыш" (для детей с 1 года до 3 лет, не посещающих детский сад) Актуальность. Детство – годы чудес! Опыт этого периода во многом […]
Закладка Постоянная ссылка.

Обсуждение закрыто.