Судебная коллегия по гражданским делам саратовского областного суда

Апелляционное определение СК по гражданским делам Саратовского областного суда от 20 октября 2015 г. по делу N 33-6045/2015 (ключевые темы: наследники — кредитный договор — принятие наследства — проценты за пользование кредитом — наступление страхового случая)

Апелляционное определение СК по гражданским делам Саратовского областного суда от 20 октября 2015 г. по делу N 33-6045/2015

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего Дёминой О.В.,

судей Филатовой В.Ю., Совкича А.П.,

при секретаре Белохвостовой О.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску открытого акционерного общества «Сбербанк России» к Рожковой В.В., Рожкову Д.В., Рожковой Г.З., Агеевой И.Б. о взыскании задолженности по кредитным договорам с наследников должника по апелляционной жалобе открытого акционерного общества «Сбербанк России» на решение Кировского районного суда города Саратова от 23 июня 2015 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Филатовой В.Ю., объяснения представителя открытого акционерного общества «Сбербанк России» — Чуклина А.В., действующего на основании доверенности от 02 декабря 2013 года, поддержавшего доводы жалобы, Рожковой В.В., Рожкова Д.В., возражавших против доводов апелляционной жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия

открытое акционерное общество (далее — ОАО) «Сбербанк России» обратилось в суд с иском к Рожковой В.В., Рожкову Д.В. о взыскании задолженности по кредитным договорам с наследников должника.

Исковые требования обоснованы тем, что между истцом и ФИО11 07 сентября 2011 года был заключен кредитный договор N в соответствии с которым предоставлены денежные средства в сумме «данные изъяты» под 16,2 % годовых сроком на 60 месяцев.

21 июня 2012 года между банком и ФИО11 заключен кредитный договор N на предоставление «данные изъяты» под 17 % годовых сроком на 60 месяцев.

Кроме того, на основании заключенного 27 ноября 2012 года кредитного договора N ОАО «Сбербанк России» предоставило ФИО11 денежные средства в сумме «данные изъяты» под 22,25 % годовых сроком на 36 месяцев.

В связи с нарушением условий данных кредитных договоров о возврате денежных средств и процентов за пользование ими в установленный срок по состоянию на 06 апреля 2015 года образовалась задолженность: по кредитному договору N от 07 сентября 2011 года в сумме «данные изъяты» 22 коп., по кредитному договору N от 21 июня 2012 года в сумме «данные изъяты» 87 коп., по кредитному договору N от 27 ноября 2012 года в сумме «данные изъяты» 74 коп.

Истцу стало известно, что 03 августа 2013 года ФИО11 умер, его наследниками являются супруга Рожкова В.В. и сын Рожков Д.В.

Определением Кировского районного суда города Саратова от 27 мая 2015 года в качестве соответчиков к участию в деле привлечены Рожкова Г.З. и Агеева И.Б., являющиеся соответственно матерью и сестрой наследодателя.

С учетом уточнений истец просил суд взыскать в его пользу с ответчиков в солидарном порядке задолженность по кредитным договорам и расходы по уплате государственной пошлины.

Решением Кировского районного суда города Саратова от 23 июня 2015 года в удовлетворении исковых требований ОАО «Сбербанк России» отказано.

В апелляционной жалобе ОАО «Сбербанк России» просит решение суда отменить, принять новое решение, которым удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что истцом были указаны наследники наследодателя и иные потенциальные наследники, установленные в судебном заседании, а также указано на наличие наследственного имущества, однако судом не выяснен вопрос о принадлежности имущества наследодателю и его стоимости. Также ссылался на имеющееся у наследодателя иное имущество, но поскольку истец не обладает достоверными сведениями о наследственном имуществе, а судом не получена информация от регистрирующих органов о данном имуществе, вопрос о наследниках и составе наследственного имущества, как обстоятельство, имеющее значение для дела, на обсуждение не ставился и не выяснялся. Указывает, что истцом неоднократно заявлялись ходатайства об оказании содействия в истребовании доказательств в порядке ст. 57 ГПК РФ, которые судом первой инстанции безосновательно оставлены без удовлетворения, что лишило банк права на судебную защиту. Судом не дана оценка тому обстоятельству, что супруга наследодателя обращалась в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая, что указывает на совершение действий о фактическом принятии наследства.

Ответчики Рожкова Г.З., Агеева И.Б., третье лицо нотариус Чекмарева З.Р. в судебное заседание судебной коллегии не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представили, о причинах неявки не сообщили. При указанных обстоятельствах, учитывая положения ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе ( ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований к Рожковой Г.З. по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ОАО «Сбербанк России» и ФИО11. были заключены кредитные договоры: 07 сентября 2011 года, по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит на сумму «данные изъяты» сроком на 60 месяцев с уплатой процентов за пользование кредитом по ставке 16,2 % годовых; 21 июня 2012 года, согласно которому заемщику предоставлен кредит в сумме «данные изъяты» сроком на 60 месяцев с уплатой процентов за пользование кредитом по ставке 17 % годовых; 27 ноября 2012 года, в соответствии с которым предоставлены денежные средства в сумме «данные изъяты» сроком на 36 месяцев с уплатой процентов за пользование кредитом по ставке 22,25 % годовых.

Во исполнение условий кредитных договоров банком заемщику перечислены денежные средства.

Вместе с тем ФИО11 обязательства по погашению задолженности по договорам надлежащим образом не исполнялись, нарушались сроки внесения денежных средств и уплаты процентов за пользование денежными средствами.

03 августа 2013 года ФИО11 умер, что подтверждается свидетельством о смерти, выданным 05 августа 2013 года специализированным отделом государственной регистрации актов гражданского состояния смерти по городу Саратову Управления по делам ЗАГС Правительства Саратовской области.

По состоянию на 06 апреля 2015 года общая сумма задолженности составляет: по кредитному договору от 07 сентября 2011 года — «данные изъяты» 22 коп., по кредитному договору от 21 июня 2012 года — «данные изъяты» 87 коп., по кредитному договору от 27 ноября 2012 года — «данные изъяты» 74 коп.

Факт заключения кредитных договоров и размер задолженности ответчиками не оспаривался.

Согласно представленным в материалы дела копии наследственного дела, заведенного на основании извещения N от 12 февраля 2014 года и ответу нотариуса нотариального округа город Саратов Саратовской области за вступлением в права наследования после умершего ФИО11 никто не обращался.

Отказывая ОАО «Сбербанк России» в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено доказательств наличия наследственного имущества после умершего ФИО11, а также наследников, принявших наследство, которые отвечают по долгам наследодателя, учитывая, что по сообщению нотариуса наследники ни по закону, ни по завещанию к нему не обращались, а ответчики отрицают факт принятия наследственной массы и совместного проживания с умершим до его смерти.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Как следует из ст. 1113 ГК РФ со смертью открывается наследство.

В силу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 года N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела ( п. 1 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств. Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела ( п. 2 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания ( ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).

Учитывая, что при разрешении заявленных требований суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, судебная коллегия предложила лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, с учетом обстоятельств, имеющих значение для дела и оказала содействие истцу в собирании и истребовании доказательств, в связи с чем приведенные далее доказательства судебной коллегией приняты в качестве новых.

Судом апелляционной инстанции на основании ходатайства истца об истребовании доказательств с целью установления оставшегося после наследодателя наследственного имущества истребованы сведения из кредитных организаций о счетах и вкладах наследодателя, управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области о наличии в собственности недвижимого имущества, в ОАО » «данные изъяты»» о заработной плате наследодателя, неполученной ко дню смерти, МРЭО ГИБДД УМВД РФ города Саратова, Государственной инспекции по маломерным судам МЧС России по Саратовской области, Государственной инспекции по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов транспорта о наличии в собственности ФИО11 транспортных средств и иных видов техники.

Согласно сведениям, представленным Саратовским отделением N ОАО «Сбербанк России», на имя ФИО11 открыты счета N на сумму «данные изъяты» 88 коп., N на сумму «данные изъяты» 94 коп., N на сумму «данные изъяты» 51 коп., N на сумму «данные изъяты» 04 коп., N на сумму «данные изъяты» 00 коп. В соответствии с ответом АО » «данные изъяты»» в филиале банка «данные изъяты» на имя ФИО11 открыт счет N, остаток денежных средств по счету составляет «данные изъяты» 46 коп.

Таким образом, стоимость наследственного имущества после смерти ФИО11, составляет «данные изъяты» 83 коп.

Иного имущества, принадлежащего наследодателю на праве собственности, судом апелляционной инстанции, не установлено.

На основании ст. ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев предусмотренных законом.

Согласно ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главы 42 ГК РФ, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

В силу ст. 418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника, либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Согласно п. 1 ст. 1100 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности ( ст. 1112 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери ( п.1 ст. 1143 ГК РФ).

Согласно материалам дела наследниками первой очереди после смерти ФИО11 являются его супруга — Рожкова В.В., сын — Рожков Д.В., мать — Рожкова Г.З. Ответчик Агеева И.Б., привлеченная в качестве соответчика по настоящему делу, является сестрой умершего, то есть наследником второй очереди.

В силу ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Как следует из ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, содержащимися в пп. 34, 35, 36 постановления Пленума от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом). Принятие наследником по закону какого-либо незавещанного имущества из состава наследства или его части (квартиры, автомобиля, акций, предметов домашнего обихода и т.д.), означает принятие всего причитающегося наследнику по соответствующему основанию наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, включая и то, которое будет обнаружено после принятия наследства.

Под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных п. 2 ст. 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

Согласно пояснениям, данным ответчиком Рожковой В.В., последние два года до смерти ФИО11 они совместно не проживали, совместно нажитого имущества у них не имеется, она проживает и зарегистрирована в квартире, расположенной по адресу: «адрес».

Как следует из договора о приватизации указанного жилого помещения от 21 января 2010 года, имеющегося в деле правоустанавливающих документов, собственниками данной квартиры являются Рожкова В.В., Рожков Д.В., ФИО13 по 1/3 доле каждый.

Допрошенный в суде первой инстанции свидетель ФИО14 пояснил, что ФИО11 проживал в «адрес», по месту своей регистрации, где и умер, совместно нажитого имущества у супругов не имеется. Оснований не доверять и ставить под сомнение показания свидетеля не имеется.

В соответствии со справкой от 06 октября 2015 года, представленной жилищным отделом Ассоциации товариществ собственников жилья, ФИО11 с 24 июля 1979 года и до момента смерти был зарегистрирован по адресу: «адрес», квартиросъемщиком которой является его мать — Рожкова Г.З. Также в указанной квартире зарегистрирован ФИО15 Ответчик Агеева И.Б. по указанному адресу не зарегистрирована.

Анализируя вышеприведенные нормы права и представленные в материалы дела доказательства, судебная коллегия приходит к выводу, что при разрешении настоящего спора истцом не представлены доказательства того, что ответчики Рожкова В.В., Рожков В.Д., Агеева И.Б. приняли наследство после умершего ФИО11, в связи с чем судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отказе в иске к указанным ответчикам.

Вместе с тем, согласно п. 1 ст. 1175 ГК РФ каждый из наследников, принявший наследство, отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к наследственному имуществу.

Исходя из разъяснений, изложенных, в п. 60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками ( ст. 323 ГК РФ) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества ( п. 1 ст. 416 ГК РФ).

Из положений приведенных выше норм права следует, что наследник должника при условии принятия им наследства становится должником перед кредитором в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Из имеющихся в деле доказательств следует, что ответчик Рожкова Г.З. и наследодатель ФИО11 зарегистрированы по одному и тому же адресу, соответственно Рожкова Г.З. фактически приняла после ФИО11 наследство, в том числе унаследовала и денежные средства, хранящиеся на счетах, открытых на имя ФИО11 в общей сумме «данные изъяты» 83 коп. Ответчик Рожкова Г.З., извещенная о времени и месте судебного заседания в суд не явилась, доказательств иного не представила.

С учетом изложенного, исковые требования ОАО «Сбербанк России» о взыскании задолженности по кредитным договорам с наследников должника подлежат удовлетворению к Рожковой Г.З., фактически принявшей наследство после умершего ФИО11, в пределах ответственности по долгам наследодателя, то есть в размере «данные изъяты» 83 коп.

Указание в апелляционной жалобы на то, что судом первой инстанции не дана оценка доводам истца о наличии у ФИО11 наследственного имущества, в частности, автомобиля «данные изъяты» и счетов в других банках, а также необоснованном отказе в удовлетворении соответствующих ходатайств об истребовании доказательств, не имеют правового значения, поскольку данные недостатки были устранены судом апелляционной инстанции.

Доводы жалобы о том, что обратившись в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая в рамках договора страхования от несчастных случаев и болезней заемщика ОАО «Сбербанк России», заключенного ФИО11 при подписании кредитного договора N от 27 ноября 2012 года Рожкова В.В. совершила действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, не является основанием для возложения на данного ответчика ответственности по долгам наследодателя.

В силу абз. 5 п. 2 ст. 1153 ГК РФ ГК РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Вместе с тем доказательств, свидетельствующих о совершении Рожковой В.В. действий по оплате за свой счет долгов наследодателя, не имеется. То обстоятельство, что Рожкова В.В. обращалась с заявлением о наступлении страховой случая также не является основанием для удовлетворения требований, поскольку из документов, представленных ООО » «данные изъяты»» следует, что выплата по страховому случаю в рамках кредитного договора N от 27 ноября 2012 года и договора страхования N от 30 ноября 2012 года, произведена в пользу ОАО «Сбербанк России» и данное обстоятельство истцом не оспаривалось. Таким образом, Рожкова В.В. не получала от третьих лиц причитающиеся наследодателю денежные средства по договору страхования. Доказательств обратного истцом не представлено.

В соответствии с ч. 3 ст. 98 ГПК РФ в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

В связи с тем, что требования ОАО «Сбербанк России» к Рожковой Г.З. подлежат удовлетворению в части, с данного ответчика следует взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере «данные изъяты» 94 коп.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает необходимым отменить решение Кировского районного суда города Саратова от 23 июня 2015 года в части отказа во взыскании с Рожковой Г.З. в пользу ОАО «Сбербанк России» задолженности по кредитным договорам и расходов по уплате государственной пошлины, по основаниям, предусмотренным п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, в связи с нарушением норм материального права.

Принять в данной части новое решение, которым взыскать с Рожковой Г.З. в пользу ОАО «Сбербанк России» задолженность по кредитным договорам в размере «данные изъяты» 83 коп, расходы по уплате государственной пошлины в сумме «данные изъяты» 94 коп.

В остальной части оснований для отмены решения Кировского районного суда города Саратова от 23 июня 2015 года не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 327 , 327.1 , 328 , 329 , 330 ГПК РФ, судебная коллегия

решение Кировского районного суда города Саратова от 23 июня 2015 года в части отказа в удовлетворении исковых требований открытого акционерного общества «Сбербанк России» к Рожковой Г.З. о взыскании задолженности по кредитным договорам с наследников — отменить.

Принять в данной части новое решение, которым взыскать с Рожковой Г.З. в пользу открытого акционерного общества «Сбербанк России» задолженность по кредитным договорам в размере «данные изъяты» 83 коп., расходы по уплате государственной пошлины в сумме «данные изъяты» 94 коп.

В остальной части решение Кировского районного суда города Саратова от 23 июня 2015 года оставить без изменения.

www.garant.ru

Апелляционное определение СК по гражданским делам Саратовского областного суда от 07 сентября 2016 г. по делу N 33-2121/2016

Апелляционное определение СК по гражданским делам Саратовского областного суда от 07 сентября 2016 г. по делу N 33-2121/2016

председательствующего Гладченко А.Н.,

судей Паршиной С.В., Пантелеева В.М.,

при секретаре Куницыной О.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Курочкина В.Н., Курочкиной Т.К. к Корсунову А.В. о прекращении строительства, сносе пристройки по апелляционной жалобе Корсунова А.В. на решение Вольского районного суда Саратовской области от 21 января 2016 года, которым исковые требования удовлетворены.

Заслушав доклад судьи Паршиной С.В., объяснения Корсунова А.В., его представителя по заявлению Щепанского Р.А., поддержавших доводы жалобы, Курочкина В.Н., Курочкиной Т.К., их представителя по ордеру — адвоката Балдуева В.Б., возражавших против доводов жалобы, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на жалобу, судебная коллегия

Курочкин В.Н., Курочкина Т.К. обратились в суд с исковыми требованиями (с учетом их уточнения) к Корсунову А.В. о сносе за счет ответчика нежилой пристройки (летней кухни), «адрес». В обоснование требований указали, что им на праве собственности принадлежит квартира «адрес». В июне 2015 года Корсунов А.В. начал возведение деревянной пристройки к дому, расположенному по вышеуказанному адресу. Указанная пристройка имеет высоту 6 метров и расположена на расстоянии менее 1 метра до дома истцов. Истцы полагают, что возведенное ответчиком строение нарушает пожарные нормы и правила и создает угрозу жизни и здоровью истцов из-за близости расположения к их жилью, что увеличивает риск возникновения возгорания, в связи с чем обратились с соответствующими требованиями в суд.

Решением Вольского районного суда Саратовской области от 21 января 2016 года исковые требования удовлетворены, на ответчика возложена обязанность за свой счет снести пристройку к дому (летнюю кухню), «адрес».

Корсунов А.В. не согласился с решением суда, подал апелляционную жалобу, в которой просил решение отменить и принять новое. В обоснование доводов жалобы указал, что спорная пристройка (летняя кухня) является объектом вспомогательного использования, в связи с чем разрешение на ее строительство не требуется. Автор жалобы полагает, что заключение судебной экспертизы является необоснованным, поскольку при его проведении были неправильно применены нормы пожарной безопасности, считает, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы. Автор жалобы также обращает внимание на то, что восстановление прав истцов возможно без осуществления сноса пристройки. Кроме того, полагал, что при рассмотрении дела судом не учтен сложившийся характер застройки и землепользования сторон.

От Курочкина В.Н., Курочкиной Т.К. поступили возражения на апелляционную жалобу, согласно которым они просили решение суда оставить без изменения, а жалобу — без удовлетворения.

На заседание судебной коллегии представитель 3-го лица администрации Хвалынского муниципального района не явился, извещен о заседании судебной коллегии надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представил, о причинах неявки не сообщил. При указанных обстоятельствах, учитывая положения ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия полагает, что решение суда подлежит отмене в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; неправильным применением норм материального права (п. 3 и 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ).

Согласно п.п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

По смыслу ст. 263, п. 2 ст. 264 ГК РФ лицо, не являющееся собственником земельного участка, осуществляет принадлежащие ему права владения и пользования участком на условиях и в пределах, установленных законом или договором с собственником.

Статья 11 ГК РФ предусматривает, что в судебном порядке осуществляется защита нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Одним из способов защиты права может являться восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (ст. 12 ГК РФ).

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно ст. 222 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 01 сентября 2015 года) самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой — продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка. В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему ее лицу расходы на постройку в размере, определенном судом.

Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанным лицом, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.

По смыслу приведенных норм, осуществление лицом строительства с отступлением от технических норм само по себе не влечет необходимости сноса постройки, если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо не создает угрозу жизни и здоровью граждан. Снос постройки является крайней мерой гражданско-правовой ответственности и применяется только в случае наличия существенного нарушения прав и охраняемых законом интересов, наличия реальной угрозы жизни и здоровью лица, обратившегося за защитой нарушенного права, и иных лиц.

Указанная правовая позиции отражена в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в котором обращается внимание на необходимость выяснения того, нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц, создает ли постройка угрозу жизни и здоровью граждан. При этом допущенное при строительстве объекта нарушение градостроительных и строительных норм и правил должно иметь существенный характер. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела, Курочкин В.Н. и Курочкина Т.К. являются собственниками квартиры «адрес» на основании договора на приватизацию жилого помещения от 04 мая 1994 года.

Корсунов А.В. является собственником жилого дома, расположенного по адресу: «адрес», на основании договора купли-продажи от 01 ноября 2002 года.

Из постановления Главы объединенного муниципального образования Хвалынского района Саратовской области N 1600 от 29 ноября 2002 года следует, что земельный участок «адрес», передан Корсунову А.В. в аренду сроком на 49 лет.

На основании декларации об объекте недвижимого имущества от 06 мая 2015 года ответчик является собственником нежилого здания (летняя кухня), «адрес», расположенного по вышеуказанному адресу.

Стороны являются смежными землепользователями.

При рассмотрении дела судом также установлено, что ответчик снес имевшуюся ранее пристройку к дому (возведенную в 1958 году), впоследствии возвел на данном месте новую пристройку, которая не соответствовала размерам прежней пристройки. Вступившим в законную силу решением Вольского районного суда Саратовской области от 17 сентября 2014 года на ответчика была возложена обязанность снести указанную пристройку. Решение суда было исполнено Корсуновым А.В. В 2015 году ответчик вновь возвел пристройку — летнюю кухню «адрес».

В процессе судебного разбирательства по делу была назначена и проведена комплексная судебная пожаро-техническая и строительно-техническая экспертиза.

Согласно экспертному заключению ООО «Центр независимой судебной экспертизы и оценки» N 272 от 18 декабря 2015 года на момент проведения экспертизы имеется нарушение требований норм пожарной безопасности, допущенное ответчиком при возведении нежилого здания (летней кухни), расположенной по адресу: «адрес», влияющие на безопасность жилого дома (квартиры) истцов, расположенного по адресу: «адрес», а именно п. 4.13 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объёмно-планировочным и конструктивным решениям», согласно которому минимальное расстояние между строениями указано в размере 6 метров.

Нарушения требований строительных, градостроительных, санитарных и иных норм и правил, допущенные ответчиком при возведении нежилого здания (летней кухни), расположенной по адресу: «адрес», влияющие на безопасность жилого дома (квартиры) истцов, расположенного по адресу: «адрес», отсутствуют.

Нежилое здание (летняя кухня), расположенное по адресу: «адрес», создаёт угрозу жизни и здоровья граждан.

Для устранения выявленных нарушений норм и правил противопожарной безопасности в отношении объекта экспертизы — нежилого здания (летней кухни), расположенного по адресу: «адрес», необходимо провести следующие мероприятия, которые разрабатываются специализированными проектными организациями: в соответствии с положениями СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объёмно-планировочным и конструктивным решениям», Пособия к СНиП 21-01-97* «Пожарная безопасность зданий и сооружений» МДС 21-1.98 «Предотвращение распространения пожара» возможен вариант устройства системы автоматического пожаротушения, противопожарных элементов кровли и наружной противопожарной стены, обращенной к границе смежных земельных участков.

Учитывая указанное экспертное заключение, в котором содержатся выводы о нарушении норм и правил пожарной безопасности при возведении пристройки, а также то обстоятельство, что разрешение на реконструкцию данного объекта ответчиком не получалось, суд удовлетворил иск Курочкина В.Н., Курочкиной Т.К. о сносе пристройки.

В суде апелляционной инстанции в рамках проверки доводов жалобы о сложившемся между сторонами характере землепользования и застройки, о возведении пристройки в границах ранее имевшейся пристройки, определении огнестойкости домовладения истцов и пристройки ответчика была назначена дополнительная экспертиза.

Согласно заключению эксперта ООО «Центр независимой судебной экспертизы и оценки» N 82 от 20 мая 2016 года площадь пристройки — летней кухни (литера Г1) к дому «адрес» в сравнении с холодной пристройкой (литера «а») 1958 года постройки по тому же адресу, сведения о которой содержатся в инвентарном деле, увеличилась на 8,8 кв. м. Изменение границ пристройки произошло по направлению в сторону смежного земельного участка, расположенного по адресу: «адрес», по направлению в сторону переулка «адрес» и по направлению в сторону хозяйственных построек, указанных в техническом паспорте от 16 апреля 2015 года под литерами «Г2» и «Г3».

Учитывая выводы экспертного заключения о возможности устранения нарушений норм и правил противопожарной безопасности путем устройства системы автоматического пожаротушения, противопожарных элементов кровли и наружной противопожарной стены, обращенной к границе смежных земельных участков, судебной коллегией в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в качестве новых доказательств, представленных ответчиком, были приняты: договор N 6Н/СМР/16 от 18 апреля 2016 года, заключенный между Корсуновым А.В. и ООО «НОБИ», на установку модуля порошкового пожаротушения «Буран 2,5», паспорт и руководство по эксплуатации модуля порошкового пожаротушения «Буран 2,5», лицензия N 64-Б/00017 от 06 февраля 2009 года, предоставленная ООО «НОБИ» на осуществление деятельности по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений, акт выполненных работ N 81 от 19 мая 2016 года, акт обследования помещений индивидуального жилого дома, составленный отделом надзорной деятельности и профилактической работы по Вольскому и Хвалынскому районам Саратовской области Главного управления МЧС России по Саратовской области 27 мая 2016 года, а также справка Хвалынского филиала ГУП «Саратовское областное бюро технической инвентаризации и оценки недвижимости» от 15 февраля 2016 года о возведении летней кухни (литера Г1) с отступом 1 метр от границ смежного земельного участка.

Для проверки достаточности произведенных ответчиком мероприятий по устранению нарушений противопожарной безопасности, изменения расстояний между летней кухней литера Г1 и квартирой истцов по сравнению с расстоянием между объектами, существовавшими на 2002 год (приобретение домовладения ответчиком), судебной коллегией была назначена дополнительная экспертиза, производство которой поручено ООО «Центр независимой судебной экспертизы и оценки».

Из заключения эксперта N 125 от 18 июля 2016 года следует, что мероприятий по устранению нарушений противопожарной безопасности, проведённых ответчиком по договору N 6Н/СМР/16 от 18 апреля 2016 года, для обеспечения безопасной эксплуатации строений сторон недостаточно. Для устранения нарушений норм противопожарной безопасности также необходимо провести следующие мероприятия:

— устройство наружной противопожарной стены;

— устройство противопожарных элементов кровли (противопожарные пояса кровли).

Данные мероприятия выполняются согласно проектной документации, разработанной специализированными организациями.

Расстояние между летней кухней литера Г1 и квартирой истцов по сравнению с расстоянием между объектами, существовавшими на 2002 год (год приобретения объекта ответчиком) изменилось. На момент проведения экспертизы летняя кухня (литера Г1) по переулку «адрес» расположена на расстоянии порядка 2 — 2,2 м от квартиры «адрес». Иными словами летняя кухня (литера Г1) фактически удалена от квартиры истцов по сравнению с существовавшим на 2002 год строением (сараем) у ответчика, примыкавшим к границе смежных земельных участков.

Ответить на вопрос суда о том, насколько это повлияло на безопасность при эксплуатации объектов сторон, в категоричной форме не представляется возможным, поскольку в материалах гражданского дела отсутствуют описание и характеристики, параметры, техническое состояние, конструктивных элементов, из которых состояло строение (сарай) по состоянию на 2002 год. Вследствие чего, из тех данных, что известны эксперту из материалов гражданского дела, и результатов натурного осмотра можно сделать вывод, что изменение взаимного расположения строений на момент проведения экспертизы по отношению к существовавшему по состоянию на 2002 год способствует повышению степени безопасности при эксплуатации объектов сторон.

Исходя из исследованных доказательств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что строение под литерой Г1 было возведено ответчиком Корсуновым А.В. на земельном участке, предоставленном в аренду. Проектная документация для возведения пристройки и проведения реконструкции жилого дома не составлялась, разрешение на реконструкцию Корсунову А.В. органом местного самоуправления не выдавалось.

Строение возведено с нарушением пожарных норм, поскольку нарушено нормативное расстояние между строениями истцов и ответчика, но при этом вновь возведенная пристройка литера Г1 фактически удалена от квартиры истцов по сравнению с существовавшим на 2002 год строением (сараем) у ответчика, примыкавшим к границе смежных земельных участков, что способствует повышению степени безопасности при эксплуатации объектов сторон.

Требования истцов основаны на нарушении ответчиком действующих требований противопожарной безопасности. Однако, сам по себе факт нарушения таких норм, правил и требований не предусмотрен законом в качестве безусловного основания для сноса тех или иных сооружений, построенных с нарушением указанных требований. Оснований полагать, что вследствие допущенных нарушений права истцов не могут быть восстановлены иным способом, у суда не имелось.

Установленные по данному делу фактические обстоятельства при отсутствии данных о нарушении права собственности законного владения истцов, по мнению судебной коллегии, недостаточны для вывода о том, что защита прав истцов в данном случае возможна исключительно путем сноса строения и для удовлетворения заявленных требований о его сносе.

Требований об устранении нарушений права другими способами и по другим основаниям истцами не заявлено, что не лишает их в будущем обращаться с такими требованиями к ответчику.

С учетом изложенного, руководствуюсь принципом баланса интересов сторон, исходя из характера и объема нарушенного права, существенности допущенных Корсуновым А.В. при возведении пристройки нарушений противопожарных норм, судебная коллегия полагает, что отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований Курочкина В.Н., Курочкиной Т.К. о сносе строения.

В силу п. 2 ст. 328 ГПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции вправе отменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Приведенные обстоятельства, нормы материального права, исследованные доказательства не были учтены судом первой инстанции при принятии решения, что в силу п. 1, 3, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ является основанием для отмены судебного акта с принятием нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

решение Вольского районного суда Саратовской области от 21 января 2016 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Курочкина В.Н., Курочкиной Т.К. к Корсунову А.В. о возложении обязанности по сносу пристроенной к жилому дому летней кухни отказать.

base.garant.ru

Смотрите еще:

  • Приказ по жалобам граждан Приказ МВД России от 12 сентября 2013 г. N 707 "Об утверждении Инструкции об организаций рассмотрения обращений граждан в системе Министерства внутренних дел Российской Федерации" (с изменениями и […]
  • Закон о бюджете 2013 год Федеральный закон от 3 декабря 2012 г. N 216-ФЗ "О федеральном бюджете на 2013 год и на плановый период 2014 и 2015 годов" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 3 декабря 2012 г. N 216-ФЗ"О […]
  • Официальный сайт арбитражного суда екатеринбург Арбитражный суд Уральского округа Наши судьи Контактная информация Новости арбитражных судов Арбитражные суды Правовые основы от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ Указ Президента РФ от 23 июня 2014 года № 460 от 31 […]
Закладка Постоянная ссылка.

Обсуждение закрыто.