Закон избранный сторонами отношения

Основные типы коллизионных привязок

Закон, избранный сторонами правоотношения — это основная коллизионная привязка по всем договорным обязательствам. Автономия воли считается самой «гибкой» коллизионной нормой. Она предполагает максимальную свободу сторон относительно выбора модели поведения (в том числе относительно выбора законодательства). Как коллизионная привязка автономия воли применяется только к обязательственному статуту правоотношения. Большинство стран предусматривает возможность неограниченного выбора права сторонами; даже приветствуется выбор права «нейтрального» государства (ст. 1210 ГК РФ).

При отсутствии соглашения сторон о применимом праве российский суд разрешает спор на основе предписаний статьи 1211 ГК РФ — к договору применяется право страны, с которым договор наиболее тесно связан. Таковым считается право того государства, на территории которого находится место жительства или основное место деятельности центральной стороны правоотношения, т.е. того контрагента, чье исполнение имеет решающее значение для содержания договора. В ст. 1211 ГК РФ перечислено 26 разновидностей гражданско-правовых контрактов, и по каждому определено применимое право, устанавливаемое исходя из критерия реальной связи.

В судах европейских государств при отсутствии в договоре оговорки о применимом праве устанавливается «гипотетическая», «подразумеваемая» воля сторон, т.е. суд определяет, какое право стороны хотели бы применить к спорному отношению. Для установления «подразумеваемой» воли сторон используются критерии:

«справедливости», «доброго, заботливого хозяина», «разумного» человека;

разумной связи применимого права с конкретным фактическим составом.

В западной доктрине и практике разработана теория презумпций:

1) кто выбрал суд (арбитраж), тот выбрал право;

2) закона, свойственного данному договору;

3) общего гражданства или домицилия.

Новые формулы прикрепления в современном праве (производные от «подразумеваемой» воли сторон):

право, с которым отношение наиболее тесно связано (принцип реальной связи);

право, которое применяется к существу отношения (собственное право контракта).

Эти формулы прикрепления используются и в российском праве. Критерий наиболее тесной связи в зарубежном праве определяется в соответствии с теорией презумпции.

Закон существа отношения (закон разума, собственное право контракта) предполагает применение права, регулирующего основу правоотношения. Этот критерий сформулирован в российском законодательстве следующим образом: право, подлежащее применению к соответствующему отношению (ст. 1208, 1218 ГК РФ).

При регулировании гражданско-правовых отношений с иностранным элементом одной из наиболее сложных проблем является выбор применимого права, в силу того, что различия правовых систем государств, которые представляют стороны, ведут к возникновению коллизий законов.

Применение к правоотношению с иностранным элементом права какого-либо государства основано на чисто субъективных оценках. Выбор применимого права осуществляется на основе коллизионных норм, составляющих основу международного частного права в каждом государстве.

Коллизионная норма – это норма, указывающая на то, право какого государства подлежит применению к правоотношению, осложнённому иностранным элементом. Исходя из данного определения, коллизионная норма – это норма отсылочного характера. Ею можно руководствоваться только вместе с какими-либо материально-правовыми нормами, к которым она отсылает, то есть нормами решающими вопрос по существу.

Специфика коллизионной нормы прослеживается в её структуре, в частности, выделены следующие составные элементы коллизионной нормы: гипотеза, объём, привязка, в отличие от общепринятой двучленной структуры.

В Российской Федерации процесс совершенствования коллизионного регулирования гражданско-правовых отношений с иностранным элементом осложняется отсутствием кодифицированного законодательства по международному частному праву. Коллизионные нормы содержатся в различных международных правовых договорах, кодексах и федеральных законах, что затрудняет деятельность правоприменителя при определении применимого права к частноправовым отношениям. По этой причине скорое принятие Третьей части Гражданского кодекса РФ, содержащей раздел VII «Международное частное право», будет являться не только завершением процесса создания основополагающей базы правового регулирования указанных отношений внутри России, но и создании благоприятных условий для регулирования российской правовой системой международного гражданского и торгового оборота.

Общие положения юридической ответственности
Проблема понятия «юридическая ответственность» постоянно находится в центре внимания правоведов, являясь наиболее сложным, дискуссионным вопросом в отечественной теории права. При этом разл .

Субъекты предпринимательской деятельности
Субъектами предпринимательской деятельности являются конкретные участники, стороны правоотношения, наделенные обязанностями и правами в сфере производства, экономики . Граждане (физические лица) — ин .

www.burami.ru

Международное частное право. Тема 4 .Формулы прикрепления. Тесты для самопроверки

Решение тестов онлайн

На нашем сайте представлена лишь часть ответов из теста по дисциплине «Международное частное право».

Если у Вас нет времени на подготовку к тестированию или Вы по какой-то другой причине не можете сдать тест самостоятельно, то обращайтесь за помощью к нам. Мы поможем решить тесты любых учебных заведений правильно и быстро.

Для ознакомления с условиями выполнения тестов и оформления заказа, перейдите в раздел «Решение тестов».

1. Привязка «закон суда» является оптимальной для любого правоприменительного органа, поскольку она …
решает коллизионный вопрос в пользу применения национального права
предоставляет наибольшую свободу для судейского усмотрения
предполагает применение прямого метода регулирования правоотношений
отсылает к обычаям делового оборота

2. Статуты, применение которых ведет к сужению вещно-правового статута
деликтного и валютного
личного и обязательственного
формального и наследственного
семейного и брачного

3. Закон продавца понимается как право государства …
гражданство которого имеет продавец
на чьей территории заключена сделка
на территории которого продавец имеет место жительства или основное место деятельности
на места торгового обзаведения продавца

4. Смысл деления правоотношения на статуты заключается в …
возможности максимального применения автономии воли
применении к каждому статуту права того государства, с которым данный статут имеет наиболее тесную связь
возможности одного коллизионного регулирования всего правоотношения в целом
возможности применения ко всему правоотношению закона суда

5. «Закон суда» в основном применяется …
как альтернатива автономии воли сторон
в международном гражданском процессе
в праве интеллектуальной собственности
в договорных обязательствах

6. Закон места совершения акта по своему характеру является …
основным правом контракта
выражением принципа наиболее тесной связи
родовой привязкой
специальной коллизионной привязкой

7. … статут в правоотношении может регулировать закон, избранный сторонами.
обязательственный
валютный
вещно-правовой
личный

8. Закон места совершения деликта в законодательстве разных стран понимается как закон …
места предъявления претензий
страны, где испрашивается охрана нарушенных прав
места совершения вредоносного деяния и/или закон места наступления вредоносных последствий
существа отношения

9. Автономия воли считается самой гибкой коллизионной нормой, поскольку она …
предполагает наибольшую свободу судейского усмотрения
применяется во всех сферах МЧП
предполагает практически неограниченную свободу выбора применимого права самими сторонами отношения
позволяет применять любую правовую систему

10. Тенденция отказа от применения привязки «закон места заключения договора» связана с …
распространением сделок между отсутствующими
сужением понятия «обязательственный статут правоотношения»
расширением применения личного закона
распространением безоборотного финансирования.

11. Суть коллизионной привязки «закон валюты долга»
она представляет собой собственное право контракта
она выражает закон существа отношения
если сделка заключена в определенной валюте, то валютный статут отношения подчиняется праву того государства, в чьей валюте выражено обязательство
она отражает критерий реальной связи

12. Генеральная коллизионная привязка для всех договорных обязательств
закон места совершения сделки
принцип наиболее тесной связи
автономия воли сторон
закон места исполнения договора

13. Форма совершения сделки в соответствии с законодательством РФ подчиняется праву …
места исполнения договора
места совершения акта
страны суда
страны продавца

14. Формулами прикрепления являются привязки …
двусторонних коллизионных норм
сложных соподчиненных коллизионных норм
односторонних коллизионных норм
диспозитивных коллизионных норм

15. Коллизионная привязка «личный закон физического лица» понимается как закон …
государства места рождения индивида
гражданства и (или) закон домицилия
наиболее тесной связи
места фактического проживания лица

16. Для определения личного закона юридического лица в ГК РФ закреплена теория …
инкорпорации
эффективного места деятельности
контроля
оседлости

17. Коллизионный критерий «закон места нахождения вещи» в основном используется для регулирования отношений в сфере …
деликтного статута
обязательственного статута
валютного статута
вещно-правового статута

nn.dekane.ru

Закон автономии воли сторон (закон, избранный сторонами правоотношения, оговорка о применимом праве – lex voluntatis)

Закон автономии воли сторон – основная коллизионная привязка по всем договорным обязательствам (торговым контрактам, договору перевозки, брачному контракту, трудовому контракту). Это самая «гибкая» коллизионная норма. Право сторон самим избрать применимое законодательство закреплено в судебной практике и законах практически всех государств – России, Китая, США, Японии, Великобритании, Чехии, Италии, Перу. Автономия воли предопределяет диспозитивный характер коллизионной нормы, максимальную свободу сторон на выбор модели поведения (в том числе относительно выбора законодательства).

Принцип автономии воли занимает центральное место в национальных правовых системах; иные коллизионные привязки имеют вспомогательный характер и используются только при отсутствии выбора применимого права сторонами договора: «Договорные обязательства регулируются законом места жительства… договаривающихся сторон… законом места, где договор был заключен. Все это действует, если только стороны не договорятся» (ст. 19 ГК Египта).

Автономия воли играет в МЧП троякую роль – это источник МЧП, его основной специальный принцип и одна из коллизионных привязок. В случае применения автономии воли как коллизионной привязки суд при выборе права руководствуется намерением сторон, совершивших сделку.

Автономия воли сторон относительно выбора применимого права не может иметь неограниченный характер. Общий подход англо‑американской системы права (решение по делу Vita Food Products Inc v. Unus Shipping Co. Ltd, 1939) – выбор права субъектами сделки должен быть добросовестным и законным. ГК штата Луизиана устанавливает (ст. 3540): «Вопросы договорных обязательств регулируются правом, избранным сторонами, или правом, на которое стороны ясно полагались, но исключительно в той мере, в какой это право не нарушает публичный порядок штата, чье право являлось бы иначе применимым».

Основные ограничения автономии воли сторон:

– выбор сторонами применимого к договору права не должен противоречить публичному порядку государства, на территории которого реализуется автономия воли;

– выбор сторонами применимого к договору права не должен быть сделан с целью обхода закона, т. е. с целью исключить применение к договору императивных норм (в том числе императивных коллизионных норм) той национальной правовой системы, отказ от использования которой стороны сформулировали посредством автономии воли.

В доктрине ФРГ выделены дополнительные критерии ограничения автономии воли сторон (Х. Кох):

– отсутствие иностранного элемента в правоотношении. Субъекты договора, связанного только с одним правопорядком, не вправе изменить или обойти императивные нормы этого правопорядка. В настоящее время частные лица правомочны подчинять иностранному праву «внутренние» сделки. Однако императивные нормы соответствующего национального права имеют приоритет перед избранным иностранным законодательством;

– наличие в договоре стороны, требующей специальной защиты. Характерные примеры ограничения автономии воли – потребительские и трудовые контракты. Автономия воли не может использоваться для ограничения защиты интересов потребителей и наемных работников, которую гарантируют императивные нормы правопорядка, подлежащего применению в отсутствие выбора права (первичный объективные статут договора);

– «Международно‑императивные нормы внутреннего права». Выбранное сторонами иностранное право не может вытеснить те нормы национального права, которые должны «принудительно» регулировать определенные аспекты договорного отношения, несмотря на автономию воли. Независимо от иностранного договорного статута действуют нормы права конкуренции, права договоров о найме жилья, валютного права (публичные нормы с частно‑правовым эффектом).

Одной из попыток ограничить автономию воли является теория, согласно которой автономия воли должна быть обусловлена наличием правопорядка, в пределах которого она допустима. Такая позиция была выражена в первой половине XX в. в законодательстве государств германской подсистемы континентального права (Л. А. Лунц). Суд прежде всего должен установить первичный статут правоотношения, т. е. по объективным признакам (независимо от воли сторон) определить, какое законодательство подлежит применению. При этом судья руководствуется коллизионными нормами своего национального права, как если бы стороны не выбрали применимого материального права. Затем суд обязан решить, не «наталкивается» ли автономия воли сторон на принудительные (императивные) нормы установленного судом первичного статута. Таким образом, lex voluntatis находится в прямой зависимости от lex cause. Эта теория до настоящего времени применяется в австрийских, немецких и швейцарских судах. В законодательстве большинства других государств предусмотрено, что если сделка имеет реальную связь с правом одного государства, а стороны выбрали право другой страны, то автономия воли не должна нарушать императивные нормы правопорядка, с которым правоотношение наиболее тесно связано (ст. 1210 ГК РФ).

Как коллизионная привязка автономия воли ранее применялась только к обязательственному статуту правоотношения. В настоящее время право, избранное сторонами, может определять формальный, вещный, деликтный и иные статуты отношения: «Условия формы правовой сделки устанавливаются законом, применимым к ее содержанию» (ст. 71 Закона о МЧП Румынии).

Законодательство некоторых государств ограничивает пространственные пределы автономии воли – стороны могут сделать выбор в пользу только той правовой системы, с которой правоотношение реально связано: «В области договорных обязательств стороны могут подчинить свои отношения выбранному ими праву, если оно имеет связь с обязательством» (ст. 25.1 Закона о МЧП Польши).

Большинство стран предусматривает возможность неограниченного выбора права сторонами; даже приветствуется выбор права «нейтрального» государства (с которым сделка никак не связана). Презюмируется, что выбор такого права априорно ставит стороны в равное положение. Межамериканская конвенция о праве, применимом к международным контрактам (1994 г.), устанавливает, что в качестве применимого права стороны могут избрать право любого государства, даже не являющегося участником Конвенции. В российском законодательстве закреплена подобная позиция. Судебная и арбитражная практика также признает действительным выбор сторонами права, не связанного с договором.

Право, избранное сторонами, представляет собой общий статут договора и регулирует:

– порядок заключения договора;

– действительность договора, основания его недействительности;

– права и обязанности сторон;

– приведение договора в исполнение;

– ответственность сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора;

Право сторон договора на выбор применимого правопорядка закреплен в ст. 1210 ГК РФ. Положения этой нормы позволяют определить основное содержание принципа автономии воли:

– выбор применимого права может быть сделан при заключении договора или в последующем;

– избранное право может касаться всего договора или отдельных его частей;

– выбор применимого права должен быть явно выражен или определенно вытекать из условий договора и обстоятельств дела;

– выбор сторонами подлежащего применению права, сделанный после заключения договора, имеет обратную силу;

– выбор сторонами подлежащего применению права считается действительным, без ущерба для прав третьих лиц, с момента заключения договора.

Российский законодатель установил ограничение применения автономии воли в отдельных договорных отношениях, связанных с иностранным правопорядком. Выбор применимого права исключается в договорах о создании юридического лица с иностранным участием (ст. 1214), в договорах в отношении находящихся на территории России земельных участков, участков недр, обособленных водных объектов и иного недвижимого имущества (п. 2 ст. 1213 ГК РФ).

Общепризнанная позиция современной западной доктрины и практики – субъекты всех договоров обладают автономией воли и вправе избрать иностранное право для регулирования «национальных» договорных отношений. В отечественной доктрине высказывается точка зрения, что правила ст. 1210 ГК РФ распространятся на «российские» договоры; российские лица могут подчинить любую сделку (в том числе не связанную с иностранным правопорядком) законодательству другого государства. С точки зрения интересов международного оборота, эта позиция представляется оптимальной. Однако необходимо отметить, что вряд ли выбор иностранного права в качестве применимого к «внутренней российской» сделке будет признан правоприменительными органами РФ.

Положения ст. 1210 включены в разд. VI ГК РФ «Международное частное право». Сфера действия норм этого раздела определена в ст. 1186: гражданско‑правовые отношения, осложненные каким‑либо иностранным элементом. Право свободного выбора применимого к сделке законодательства другого государства принадлежит только субъектам гражданско‑правовых договоров, имеющих объективную связь с иностранным правопорядком. Исключение могут составлять интернет‑договоры.

Отдельные национальные кодификации содержат прямой запрет выбора права сторонами отношения, не связанного с иностранным правопорядком: «Выбор права не осуществляется, если отсутствует иностранный элемент в правоотношениях» (ст. 5 Закона о МЧП Украины).

В отсутствие соглашения сторон о применимом праве российский суд разрешает спор на основе предписаний ст. 1211 ГК РФ – к договору применяется право страны, с которым договор наиболее тесно связан. Правом страны, с которым договор наиболее тесно связан, считается право того государства, на чьей территории находится место жительства или основное место деятельности центральной стороны правоотношения (контрагента, чье исполнение имеет решающее значение для содержания договора). В ст. 1211 ГК РФ перечислено 26 разновидностей гражданско‑правовых контрактов, и по каждому определена субсидиарная коллизионная привязка, устанавливаемая на основе критерия реальной связи. Коллизионный вопрос в отношении договоров, не перечисленных в ст. 1211, решается по аналогии закона.

В судах западных государств (Великобритания, Франция, Австрия, США) при отсутствии в договоре оговорки о применимом праве устанавливается «гипотетическая», «подразумеваемая» воля сторон. Суд сам определяет, какое право стороны хотели бы применить к спорному отношению. Для установления «подразумеваемой воли сторон» используются критерии «локализации» договора; «справедливости»; «доброго, заботливого хозяина», «разумного» человека; тесной, реальной, разумной связи применимого права с конкретным фактическим составом. В западной доктрине и практике разработана «теория презумпций»: кто выбрал суд (арбитраж), тот выбрал право; закон, свойственный данному договору; общее гражданство (домицилий) сторон; право учреждения, обслуживающего клиентов в массовом порядке.

Отыскание закона, свойственного данному договору («собственное право контракта» – the proper law of the contract), представляет собой своеобразный прием разрешения коллизионных вопросов, выработанный в английской судебной практике. Английский суд пользуется принципом автономии воли как юридико‑техническим приемом для того, чтобы путем отыскания «подразумеваемой» воли «разумного человека» решить коллизионный вопрос применительно только к данному правоотношению, без создания прецедента. «Собственное право контракта» понимается как совокупность договорных условий и фактических обстоятельств, свойственных только данному договору, регулирующему определенные отношения между конкретными субъектами в конкретных фактических обстоятельствах.

В настоящее время наблюдается процесс унификации коллизионного принципа автономии воли, например в Конвенции о праве, применимом к договорам международной купли‑продажи товаров, закреплено (ст. 7):

– договор купли‑продажи регулируется правом, избранным сторонами;

– соглашение о выборе права должно быть явно выражено или прямо вытекать из условий договора и поведения сторон;

– выбор права может быть ограничен частью договора;

– стороны в любое время могут договориться о подчинении договора в целом или его части какому‑либо иному праву, помимо права, ранее избранного сторонами как применимого к договору;

– любое изменение сторонами применимого права, имевшее место после заключения договора, не должно причинить ущерб действительности договора или правам третьих лиц.

В Римской конвенции 1980 г. говорится, что договоры регулируются правом, избранным сторонами. Выбор права должен быть явно выражен или безусловно вытекать из условий договора либо обстоятельств дела. Межамериканская конвенция 1994 г. устанавливает: автономия воли сторон – основа решения коллизионной проблемы. Возможен как прямо выраженный, так и подразумеваемый выбор права. Выбор права может относиться не только к контракту в целом, но и к его отдельной части. Для разных частей контракта допускается выбор различных правопорядков.

studopedia.ru

Закон, избранный сторонами правоотношения (lex voluntatis

, представляет собой применение права страны, которое стороны выберут для регулирования частноправовых отношений (автономия воли сторон).

Автономия воли сторон преимущественно используется для регулирования договорных отношений. В настоящее время появилась тенденция к применению данной формулы прикрепления в брачно-семейных и внедоговорных отношениях.

Существуют две теории автономии воли сторон. В большинстве государств используется абсолютная, или неограниченная, автономия воли сторон, которая предполагает возможность выбора права любого государства к частноправовым отношениям. Для сравнения, в ряде стран (например, странах общего права) принцип автономии воли сторон ограничен правом государства, с которым правоотношение имеет связь (теория «ограниченной» автономии воли сторон).

В Республике Беларусь отношение к автономии воли сторон очень либерально. Так, статья 1124 ГК наделяет стороны договора правом выбрать применимое право к договору, если это не противоречит законодательству. Стороны договора могут избрать применимое право любого государства или совокупность правовых норм (международные соглашения, lex mercatoria и др.); во время заключения договора или в последующем (т. е. в любое время); для всего договора в целом или отдельных его частей; в письменной или устной форме (необходимо, чтобы соглашение сторон было явно выражено или прямо вытекало из условий договора и обстоятельств дела, рассматриваемых в их совокупности).

Принцип автономии воли сторон закреплен в ряде международных конвенций и соглашений, таких как Конвенция 1955 г. о праве, применимом к международной купле-продаже товаров, Конвенция 1986 г. о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров, регламенты Рим I [22] и Рим II [23], Минская и Кишиневская конвенции, Киевское соглашение 1992 г. Основными характерными чертами автономии воли сторон в международных соглашениях являются: различные формы выражения согласия лиц на выбор применимого права (воля, явно выраженная в договоре, прямо вытекающая из условий договора, поведение сторон или совокупность обстоятельств дела); допущение ограничения автономии воли сторон посредством сверхимперативных норм страны суда и в силу оговорки о публичном порядке.

sci.house

Коллизионные принципы (типы коллизионных привязок)

Как отмечалось в предыдущих темах, формула прикрепления лежит в основе привязки двусторонней коллизионной нормы. Применение формулы к конкретным обстоятельствам ведёт к выбору права того государства, которое компетентно регулировать конкретное частноправовое отношение, указанное в объёме этой нормы.

Все коллизионные нормы строятся на некоторых общих правилах. Они сложились в течение многовековой практики развития коллизионного права разных государств и взаимных влияний. Формулы прикрепления это наиболее типичные, максимально обобщённые правила, которые чаще всего используются для построения коллизионных норм. Их называют коллизионными принципами, коллизионными критериями или типами коллизионных привязок.

I. Личный закон (lex personales) – наиболее распространённая формула прикрепления. Применяется для разрешения коллизий законов разных государств. Существует два варианта личного закона: 1) Закон гражданства (lex patriae) – означает применение права того государства, гражданином которого является участник частноправового отношения; 2) Закон места жительства (lex domicilii) – означает применение права того государства, на территории которого участник частноправового отношения проживает. Личный закон – это закон физических лиц, и применяется он для определения правового положения физических лиц: право — и дееспособности, личных прав (права на имя, место жительства, на честь и т. д.); в брачно-семейных и наследственных отношениях (по поводу движимого имущества).

Исторически сложилось, что одни страны используют личный закон в форме гражданства (европейские страны; латиноамериканские: Куба, Панама, Коста-Рика; арабские: Алжир, Египет и др.), а другие – в форме закона места жительства (Великобритания, США, Канада, Индия и др.). Также существуют страны, в которых действует «смешанная система» личного закона, т. е. применяются оба варианта (Австрия, Швейцария, Венгрия, Мексика, Венесуэла и др.). Например, во Франции к личному статусу лица применяется закон гражданства. Соответственно расторжение брака рассматривается по закону гражданства супругов. Если супруги имели разное гражданство, то приходилось обращаться к праву двух разных государств. В результате в отношении одного супруга (француза) брак расторгался, а в отношении другого супруга (итальянца) брак не расторгался. Возникали «хромающие отношения», и закон гражданства не давал выхода из этого тупика. Судебная практика (сохранив общую генеральную норму: расторжение брака подчиняется закону гражданства супругов) выработала субсидиарную коллизионную норму: если супруги не имеют общего гражданства, то применяется закон государства, на территории которого они имеют совместное место жительства.

Российское коллизионное право идёт по такому же пути, поэтому Россию причисляют к странам со смешанной системой личного закона. Семейный кодекс РФ широко использует обе формы личного закона. Часть 3 ГК РФ в разделе VI «Международное частное право» включает отдельную статью (1195) «Личный закон физического лица». Она предусматривает разные варианты личного закона в зависимости от ситуационных обстоятельств, причём основным является закон гражданства.

Таким образом, переход к смешанной системе личного закона является характерной чертой современного развития международного частного права, что повышает его эффективность.

II. Закон юридического лица (lex societatis) – формула прикрепления, широко используемая при решении коллизии законов, связанных с правовым положением иностранного юридического лица. Она предусматривает применение права того государства, которому принадлежит юридическое лицо. Иногда эту формулу называют «закон национальности юридического лица».

Когда в гражданско-правовые отношения вступают иностранные юридические лица, нужно выбрать право государства, которое сможет ответить на разные вопросы, например об объёме правоспособности, об ответственности юридических лиц и т. д. Мировая практика всегда обращается в таких случаях к праву государства, которому юридическое лицо принадлежит. Право государства образует личный статут юридического лица, обладающий экстерриториальностью: он следует за юридическим лицом независимо от того, где оно осуществляет свою деятельность. Но в праве разных государств по-разному определяется государственная принадлежность (национальность) юридических лиц. Используется два критерия: осёдлости (в разном толковании) и инкорпорации.

Теория осёдлости – личным статутом юридического лица (компании, корпорации) является закон той страны, в которой находится его центр управления (совет директоров, правление, иные исполнительные или распорядительные органы).

Теория инкорпорации содержание теории и самого критерия инкорпорации (учреждения) сводится к тому, что компания принадлежит правопорядку страны, в которой она учреждена в соответствии с её законодательством (правом). Иными словами, компания, образованная по английскому закону и существующая на основании его предписаний, будет признаваться английской компанией в тех государствах, правопорядок которых в этой области строится на принципах инкорпорации.

III. Закон места нахождения вещи (lex rei sitae) – одна из первых формул прикрепления, сложившихся в международном частном праве. Она означает применение права того государства, на территории которого находится вещь, являющаяся объектом частноправовых отношений. В сферу действия этого закона включается движимое и недвижимое имущество. В конструкции этого закона есть три исключения:

1) если все фактические действия, необходимые для возникновения какого-либо вещного права, полностью совершились на территории того государства, где вещь находится, а затем она будет перемещена на территорию другого государства, то возникшие вещные права будут обсуждаться по праву того государства, где соответствующие действия совершились, а не по праву того государства, где вещь реально находится;

2) правовое положение вещей, занесённых в государственный реестр, независимо от того, где вещь реально находится, определяется правом страны, где она внесена в реестр;

3) место нахождения вещи, находящейся в пути (rei in transitu), постоянно меняется, и поэтому для определения её правового режима в случае необходимости используется искусственная привязка: закон места отправки вещи или закон места назначения. В России – закон места отправки, п. 2 ст.1206 ч. 3 ГК.

IV. Закон, избранный сторонами гражданского правоотношения (lex voluntatis) – означает применение права того государства, которое выберут сами стороны – участники частного правоотношения. Такой способ выбора права используется только в договорных обязательствах. При решении всех коллизионных вопросов в сфере договорных обязательств решающей является воля сторон. Данная формула прикрепления также называется «автономией воли». В российском коллизионном праве она выражена в ст. 1210 ч. 3 ГК РФ. Согласно п. 1 «Стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору…». Как видно, воля сторон при заключении договора пользуется приоритетом. Другие способы выбора права, предусмотренные в ст. 1211 ч. 3 ГК РФ, применяются только при отсутствии воли сторон.

V. Закон места совершения акта (lex loci actus) – формула прикрепления, означающая применение права того государства, на территории которого совершён частноправовой акт (составлено завещание, выписана доверенность, заключён брак и т. д.). Эта обобщенная формула используется нечасто. Классический случай использования в обобщённом виде – для разрешения коллизий законов, связанных с формой частноправового акта: форма акта подчиняется закону места совершения. Частноправовой акт это широкое понятие, оно охватывает разные частноправовые действия. Поэтому данная формула конкретизируется в зависимости от того, о каком виде акта идёт речь. Существует несколько вариантов закона места совершения акта.

V.1. Закон места совершения договора (lex loci contractus) – означает применение права государства, где заключён договор. Данная привязка используется для регулирования обязательств, вытекающих из частноправовых договоров: купли-продажи, мены, подряда и др.

V.2. Закон места исполнения договора (lex loci solutionis) – означает применение права того государства, где обязательство, вытекающее из договора, подлежит исполнению. Эта формула используется так же, как и предыдущая, для регулирования договорных частноправовых обязательств. Чаще всего закон места исполнения используется в более узкой трактовке – как закон места фактической сдачи товара или места совершения платежа для регламентации таких вопросов, как порядок сдачи товаров, форма и содержание платёжных документов.

V.3. Закон места совершения брака (lex loci celebrationis) – означает применение права того государства, на территории которого заключён брак.

V.4. Закон места причинения вреда (lex loci delicti commissi) – означает применение права того государства, на территории которого был причинён вред. Этот принцип выражен в п. 1 ст. 1219 ч. 3 ГК РФ, который устанавливает, что «к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обязательство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда».

V.5. Закон формы акта – наиболее распространённым вариантом закона места совершения акта является его применение для разрешения коллизий законов, связанных с формой гражданско-правового акта. Форма акта (сделки, договоры) определяется по закону места его совершения (locus regit actum). Это правило используется и в российском международном частном праве. Согласно п. 1 ст. 209 ч. 3 ГК РФ «форма сделки подчиняется праву места её совершения». Точно так же «форма доверенности подчиняется праву места её совершения», т. е. определяется по праву страны, где была выдана доверенность.

VI. Закон страны продавца (lex venditoris) – означает применение права того государства, которому принадлежит продавец. Эта формула используется для регулирования договорных обязательств. Закон страны продавца используется в двух значениях:

1) применяется в дословном (узком) значении к договору купли-продажи, права и обязанности сторон которого регулируются правом страны продавца;

2) понимается в широком значении – как права того государства, которому принадлежит сторона в договоре, чьё обязательство составляет специфику, главное содержание этого договора.

В таком широком понимании закон страны продавца закреплён во внутреннем праве разных государств, в том числе и в России. Согласно п. 1 ст. 1211 ч. 3 ГК РФ при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан.

Правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается, право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора (п. 2 ст. 1211).

Стороной, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора, признаётся, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, сторона, являющаяся, в частности: продавцом – в договоре купли-продажи (узкое значение); наймодателем – в договоре имущественного найма; хранителем – в договоре хранения, арендодателем – в договоре аренды и т. д. (всего 19 договоров), что свидетельствует об использовании этого закона в широком смысле (п. 3 ст. 1211).

VII. Закон наиболее тесной связи (Proper Law) – означает применение права того государства, с которым данное правоотношение наиболее тесно связано. Чаще всего эта формула применяется тогда же, когда и закон страны продавца, для решения коллизионных вопросов в сфере договорных обязательств. Но иногда его используют в качестве общего подхода для регулирования всех частноправовых отношений с иностранным элементом. Например, Закон о международном частном праве Австрии 1978 г. устанавливает общее правило, заключающееся в том, что правоотношения с иностранным элементом подчиняются правопорядку, с которым имеется наиболее тесная связь.

VIII. Закон суда (lex fori) – формула прикрепления, решающая коллизию права в пользу права того государства, где рассматривается частноправовой спор (в суде, арбитраже, третейском суде или в ином органе). Согласно этой формуле суд или иной правоприменительный орган должен руководствоваться правом своей страны, несмотря на наличие иностранного элемента в составе частноправового отношения. Сфера применения закона суда – международный гражданский процесс: суд, рассматривая гражданские дела с участием иностранного элемента, всегда руководствуется своим процессуальным правом. В порядке исключения суд может применить нормы иностранного процессуального права, если это специально оговорено в законе или в международном договоре. Однако в международном гражданском процессе проблема выбора права отсутствует, поэтому закон суда здесь является не формулой прикрепления, а одним из принципов международного гражданского процесса.

IX. Закон места работы (lex loci laboris) – формула прикрепления, используемая для решения коллизий законов в сфере международных трудовых правоотношений. Согласно этой формуле для регламентации всего комплекса трудовых правоотношений, осложнённых иностранным элементом, применяется право страны, где осуществляется трудовая деятельность. В России закон места труда широко используется в международных договорах по различным аспектам экономического и культурного сотрудничества или по привлечению и использованию иностранной рабочей силы.

X. Закон флага (lex flagi) – означает право государства, флаг которого несёт судно. Применяется главным образом для решения коллизионных вопросов в сфере торгового мореплавания. Так, в Кодексе торгового мореплавания РФ 1999 г. значительная часть коллизионных норм построена на этой привязке. Законом государства флага судна должны регулироваться: право собственности и другие вещные права на судно (ст. 415), правовое положение членов экипажа (ст. 416), права на имущество, находящееся на затонувшем в открытом море судне (ст. 417), пределы ответственности судовладельца (ст. 426) и др.

Перечень рассмотренных формул прикрепления не является исчерпывающим – это наиболее типичные и обобщённые формулы, каждая из которых может проявляться в более конкретных вариантах.

На сегодняшний день выделяется две современные особенности развития коллизионных привязок:

1) стремление к отказу от жёстких привязок, основанных на одном определённом критерии. Это не означает, что традиционные привязки исчезают: меняется их роль. Часто они используются в качестве дополнительных (субсидиарных) привязок, например закон места совершения договора;

2) для выбора права по одному вопросу используется не одна, а целая система взаимосвязанных привязок. В результате возникают цепи из генеральной и дополнительных коллизионных привязок, связанных внутренним единством.

investobserver.info

Смотрите еще:

  • Сроки оплаты земельного налога 2018 Срок уплаты земельного налога юридическими лицами Актуально на: 26 января 2017 г. Земельный налог является местным налогом (ст. 15 НК РФ), и сроки его уплаты устанавливаются нормативными правовыми актами […]
  • Мест закон 2 Мест закон 2 О квотировании рабочих мест для трудоустройства инвалидов в Санкт-Петербурге (с изменениями на 21 февраля 2018 года) ____________________________________________________________________ […]
  • 33 приказу мвд Как это работает: новые приказы МВД для автошкол и ГИБДД Теперь экзамены на права официально можно сдавать на площадках и машинах автошкол. Это будет очень удобно для начинающих водителей, которые привыкают […]
Закладка Постоянная ссылка.

Обсуждение закрыто.